Сердце дракона

Я бы никогда не нажал ту кнопку, если бы знал, что там остался кто-то.

Они знали это.

Меня замутило. Я выключил телевизор, плюхнулся обратно на кровать и закрыл руками лицо. И что теперь? Как жить дальше, понимая, что «Коготь» может обмануть меня, использовать, и в итоге под перекрестный огонь попадет больше случайных людей?

Я слышал у себя в голове тонкий, насмешливый голосок своего наставника:

«Не бывает «невинных жертв», агент. Нужно смотреть правде в глаза. Мы на войне, жертв не получится избежать. И гибель нескольких людишек не должна тебя беспокоить».

Но все же беспокоила, и сильно. Может быть, я исключение из правил. Может быть, я единственный дракон в «Когте», который переживает из-за гибели нескольких уборщиков. Любой другой дракон подумал бы, что они просто оказались не в том месте не в то время. Но мне было не все равно, что по моей вине погибло еще больше людей.

Телефон завибрировал, на экране появилось уведомление о новом сообщении. Я встал и взял девайс со стеганого одеяла.

«Хватит хандрить, – разумеется, это был не кто иной, как мой наставник, сам глава отряда «Василисков». Писал он, как обычно, коротко и по существу, но при этом специально подбирал слова так, чтобы задеть меня и оскорбить. – Машина заедет за тобой через пять минут. Поедешь на новое задание».

Новое задание? Так скоро? Черт, я с этим-то только что закончил, я устал. Даже больше. Мне плохо. Я в ступоре. Я в ярости, я злюсь на себя и на «Коготь». Я не хочу возвращаться. Я хочу закрыться в комнате и напиться до поросячьего визга, пока не забуду увиденное в новостях.

С куда большим удовольствием я поехал бы в офис и устроил бы там разнос, возможно, с огнем и огромным количеством ругательств. Последнее, что я хотел бы сейчас сделать, – это отправиться на новое задание.

Но что еще мне оставалось?

Я поднялся и начал методично собирать вещи. Слово «Когтя» – закон. Им плевать, что думает юный василиск. Они отправят меня еще на одно задание, и это будет повторяться снова и снова. Вне зависимости от того, что хочу я.

У меня появилось смутное нехорошее предчувствие. На меня давили, меня использовали, мне лгали. Но всему есть предел. В голове у меня крутилось одно слово. Я не мог избавиться от него, оно пугало меня, продолжало возникать в моих мыслях, как бы я ни старался выбросить его из головы.

Отступник.

Гаррет

До рассвета осталось шесть часов.

Я лежал на койке, закинув руки за голову, и разглядывал трещины на потолке камеры.