Лисья тень

Кто его поджег? Как посмел? Я слышала немало историй о мире вне храмовых стен, историй о враждующих кланах и суровых, гордых самураях. Историй о воюющих господах даймё и их бесконечных препирательствах, о том, как они объявляли войны из-за ничтожного – а зачастую и надуманного – оскорбления их чести и сталкивали друг с другом целые армии. Но, по словам учителя Исао, даже самые дикие и кровожадные даймё уважали монахов или по меньшей мере боялись навлечь на себя гнев ками, напав на мирный храм.

Но если они знают о свитке, это все меняет.

Раздался истошный вопль, от которого у меня кровь застыла в жилах. Я тут же спряталась за кустом можжевельника. Украдкой выглянув из-за ствола и стараясь не вдыхать горький дым, я впилась ногтями в кору, чтобы не вскрикнуть от ужаса.

В отсветах пламени вокруг пруда приплясывали, невнятно переговариваясь, какие-то странные… существа. Сперва я приняла их за уродливых ребятишек с большими вытянутыми головами; одетые в лохмотья, ростом они едва доходили мне до колена.

Но потом заметила рога и острые зубы, рваные уши и выступающие клыки. Кожа у них была крапчатая, синего и красного цвета, а в когтистых руках они сжимали серпы кама, копья и короткие кинжалы.

Я похолодела. Демоны? Милостивый Дзинкей, что они здесь делают? Я видела их на картинках в храмовой библиотеке, этих мерзких красно- или синекожих демонов с рогами, клыками и огромными дубинами, которые мучили души грешников в Дзигоку. На моих глазах они принялись колоть несчастного карпа, который в отчаянии заметался в пруду.

Эти создания были поменьше монстров из книг, но я все равно узнала их.

Я ударила кулаком по стволу, чувствуя, как кора впивается в костяшки. Почему демоны напали на храм? Из-за свитка? Но я всегда думала, что адские существа живут лишь ради кровопролития и хаоса и что демонам наплевать на всякие свитки. Если только ими не руководит кто-то – или что-то – еще…

Нет, ничего не понимаю. Нужно поскорее отыскать учителя Исао. Но сперва надо пройти мимо этих демонов.

Я сорвала с можжевельника веточку и, положив ее себе на голову, закружилась вокруг ствола, призывая лисью магию.

Насмешка судьбы: еще днем я жалела, что не могу пользоваться своей волшебной силой почаще. Сердце громко стучало в груди, но я изо всех сил сосредоточилась на том, во что хочу превратиться, а потом отдалась волшебству. Меня заволокло густым дымом, а когда я открыла глаза, кожа у меня уже была красной и крапчатой, а на ногах поблескивали изогнутые желтые когти.