Лисья тень

Я не была готова к такому смелому решению.

– Я не могу просто так взять и уйти, Тануки-баба, – сказала я сгорбившейся фигуре напротив. – Куда я пойду? Как буду жить?

Тануки-баба сощурилась.

– «Как буду жить?» Что за вопросы? – фыркнула она. – Ты же кицунэ, девочка моя! Пойдешь, куда захочешь. Жить будешь, как тебе самой нравится.

– Но я ведь только наполовину кицунэ, – напомнила я. – И всю свою жизнь прожила с монахами. Я и не знаю, как быть лисой.

– Не знаешь, как быть лисой? – Тануки-баба откинула голову и рассмеялась так, что из пасти брызнула слюна.

 – Бедненькая кицунэ, – ехидно протянула она. – Слишком долго ты прожила с этими людишками – так долго, что заразилась их «человечностью»! – Она с негодованием взглянула на меня. – Пойми, ты лиса. Тебе вовсе не нужно учиться быть кицунэ. Ты уже кицунэ.

– Но…

– И не надо мне сказки рассказывать про эту твою «людскую сторону». – Тануки-баба оскалилась, обнажив острые желтые зубы. – Даже капли крови ёкая достаточно для того, чтобы полностью подавить в себе людскую природу, если ты того хочешь.

Нужно всего-навсего решиться жить только как кицунэ, а не как человек.

Решиться жить только как кицунэ? Как это? Есть ли для этого особый ритуал? Мне вспомнились слова Дэнги о том, что природа ёкая во мне затмевает людскую природу. Может быть, именно этого боялись монахи? Того, что я превращусь в ногицунэ, злобную дикую лису, обожающую страх и хаос и охотящуюся на людей при любой возможности?

Я с трудом сглотнула.

– Но что, если мне не хочется жить только как кицунэ? – спросила я, и Тануки-баба нахмурилась. – Что если мне нравится быть получеловеком и полулисой?

– Значит, ты просто дурочка, – резко ответила она – И все твои старания впустую. Быть человеком очень трудно, лисенок. Даже у людей это плохо получается. Людской мир полон ненависти, предательств, печали и смерти. Он невыносим для большинства ёкаев и ками. Все, что так ценят люди – любовь, честь, сочувствие, понимание, – нам, ёкаям, совершенно без надобности, ведь оно приводит к страданиям и отчаянию.

Куда проще оставить все человеческое и стать кицунэ. Мир духов и ёкаев куда проще мира людей.

– Я не понимаю, Тануки-баба.

– Само собой. – Тануки-баба помотала косматой головой, но ничего объяснять не стала. – Ты еще лисенок и совсем не знаешь мира. Но узнаешь. Непременно узнаешь, если продолжишь попытки удержать в равновесии две свои природы.