Однажды в феврале

Влюбленность – это, конечно, хорошо, но что ты собираешься делать, Мелисса? Взять его себе в качестве любовника, пока Брендон загружен работой? Кстати, он ведь сегодня прилетает в Нью-Йорк! – мать взглянула на часы, а затем перевела оценивающий взгляд на меня. – Не желаешь встретить будущего супруга? – намекнула мать на мой внешний вид.

– Нет. Сегодня он ещё ночует в номере отеля, а завтра вылетает в Европу. Новые судебные дела у него, мама. И достаточно долгие… Просчитается, и криминальный авторитет надолго забудет, что такое свобода, – моё лицо отобразилось в ехидной гримасе, и мама тут же поняла, к чему я клоню.

– Мне тебя что, чёрт возьми, теперь покрывать от твоих любовных похождений? Мелисса, даже не смей. Это неправильно!

– В мире, вообще, много чего неправильного и несправедливого. Например, моя долбаная бесплодность, которая мне мешает жить нормально! Дай мне самой разобраться во всём, пожалуйста. Прошу, не осуждай меня за это.

– Как знаешь. Но не соверши самую большую ошибку в своей жизни, Мелисса.

– Даже если и совершу, расплачиваться за это всё равно придётся мне.

– Мелисса, при всём моем уважении к тебе, мне кажется, что ты всё же глубоко заблуждаешься. Но это твоя жизнь. Подумай головой, прежде чем… Ох… – вздохнула мама с тоской в глазах. – В общем, ты поняла меня…

– Спасибо, мама. Честно, даже не знала, как подойти к этому разговору. А с Брендоном… Я планирую… Расстаться… Как только он вернётся в город… Я не могу так…

– Детка, ты моя единственная радость.

– Если на ужин будет паста со сливочным соусом, то я расскажу тебе всё, что было тем вечером.

– Боюсь даже представить, что у вас там было… Кстати, через неделю я улетаю в Лос-Анджелес, но как оказалось, это совсем не уик-энд, а обычная рабочая командировка. Так что сильно не скучай без меня здесь.

– Ты совсем не жалеешь себя со своей работой.

– Ну а что поделать, дорогая, ты же прекрасно знаешь, что эта работа для меня многое значит в жизни. И я по сей день благодарна миссис Вуд за то, что она оказала для меня такую услугу. Работать в том издательстве – дорогого стоит.

– Знаю… – кивнула я. Как бы моя мать не радовалась своей должности, на которой занимала пост редактора, мне иногда казалось, что этим мы теперь всю жизнь будем обязаны матери Брендона.