Однажды в феврале

– Думаю, да… – тихо ответила я, ощутив, как в груди вспыхнуло необъяснимое мне чувство после услышанного разговора.

Это что? Ревность?

– Эй, ты в порядке? – спросил Алекс.

– Да… Всё нормально. Да. Алекс, я тоже еду с вами, – я шумно вздохнула, понимая, что предъявлять ребятам о лжи Армстронга было бы очень глупо с моей стороны.

Также я старалась любой ценой подавить внутри себя чувство непрошенной влюбленности.

***

Когда мне что-то не по нраву, я перестаю контролировать себя в принятии спиртного.

– Мелисса, что случилось? – в недоумении спросила подруга, заглядывая мне в глаза.

– Ничего. Джейн, спасибо за приглашение. Я отлично провела время, но мне пора домой. Закажу такси.

Ощутив дрожь в голосе, я снова сделала глоток, и алкоголь неслабо ударил по мозгам.

– Мел, прекращай пить, ты шатаешься уже круче аэромена! – проговорила Джейн страшнее судьи, пытаясь отобрать у меня бокал шампанского.

– Пожалуйста, Джейн, не доставай. Я просто хочу домой.

Мой внутренний пыл вперемешку с отчаянием не унимался, нарастал с каждым разом.

– Господи, ты стала непредсказуемой уже хуже диареи! Ладно, как приедет такси, дай знать, я доведу тебя хотя бы до машины, а сейчас мне нужно попрощаться с гостями. Надеюсь, я могу тебя оставить одну на пару минут? – в голубых глазах подруги читалось некое беспокойство.

– Можешь, Джейн, можешь… Иди… – сухо ответила и, когда подруга оставила меня, я, провожая её взглядом, схватила бутылку открытого игристого.

Открыв «Uber», я стала заказывать такси. Но когда неизвестный номер высветился на весь экран, то все мои попытки воспользоваться услугами пресеклись.

Предполагая, кто этот абонент, я ответила на звонок с наигранным безразличием, выйдя на улицу.

– Привет, это Мелисса Уэсли, сейчас я не могу подойти к телефону.

– Эй, живой автоответчик, а сигнал-то где? – размеренный тон Дина по ту сторону линии заставил моё сердце снова ускорить ритм.

– В заднице твоей! Я сваливаю домой, – пытаюсь делать вид, что не рада его слышать. Мне самой хотелось в это верить.

– Мел, что случилось?

– Тебе лучше знать, что случилось, – от выпитого мой язык начал заплетаться.