Однажды в феврале

Издевается, как может… И ты ещё начал…

Глаза Алекса забегали, как у преступника, замыслившего коварный план, но потерпевшего сокрушительное поражение и теперь не знавшего, как выпутаться из сложной ситуации.

– Да… Понимаешь, тут такое дело… То, что говорит она и сейчас скажу я – разные вещи.

– Так… – напряглась я и сглотнула.

– В общем, недавно мы сидели с ним в баре, а когда ты позвонила мне, то после нашего с тобой разговора Дин просил рассказать о тебе. – Алекс хоть и замешкался, но сразу перешёл к сути: – Короче говоря, он запал на тебя, когда чекал твой профиль.

– Прекрасно…

– Да, будь осторожна. Не хотелось бы, чтобы потом у тебя с Брендоном вдруг возникли какие-то проблемы в отношениях. Дин в поисках девушки, и я уверен, что здесь он будет исключительно только ради тебя… Потому что «до» Дин не особо-то сюда и собирался.

Было бы приятно слышать эти слова, если бы не завтрашнее возвращение Брендона домой из Чикаго…

– Спасибо за правду.

Внезапно Алекс прервал наш танец.

– А вот, кстати, и он, – проговорил Алекс, вглядываясь в гостевую толпу. – Идём, поздороваемся.

Отпустив меня, я обернулась и едва не поперхнулась слюной, когда увидела высокого брюнета с неземной улыбкой на лице, разговаривающего с кем-то из приглашенных гостей.

«Ну, здравствуй, мой Спиди-гонщик…» – не отрывая глаз от парня, одна и та же мысль крутилась заевшей пластинкой в голове.

[3]Стервелла Де Виль – главная антагонистка фильма студии Disney, «101 далматинец».

Глава 4

Мелисса Уэсли

Как и любой другой человек, я носила в душе идеал. Этот портрет состоял из многих положительных качеств. Особые значения для меня имели внешний вид, жесты, чувства, запах и голос. Я много воображала в плане этого идеала, засыпала и просыпалась с мыслями о нём.

Он – тот самый типаж… Типаж моего мужчины… И он ещё прекраснее, чем я запомнила его тогда при столкновении в День святого Валентина…

Не скрывая своего интереса, на меня смотрел высокий брюнет в элегантном чёрном смокинге, имевший прямой нос, чётко очерченные губы и скулы, а широкие брови подчёркивали холодный, острый, но такой безупречный глубокий взгляд, заставлявший вызвать приятную дрожь по телу.