Наше вечное вчера

– А если я не хочу говорить с тобой? Не хочу, доходит до тебя или нет? – мой голос переходит на повышенный тон. Если быть точным, на крик. Держи себя в руках, придурок.

Мэди ахает.

– Да пошёл ты. Просто. Пошёл ты. На хрен, – отрывисто говорит Мэди и начинает дергать ручку дверцы.

– Ты совсем ума лишилась? – ору на неё. За последние несколько лет я никогда не испытывал столько эмоций. И все в один день. И все из-за одной и той же девушки. Она чертов разрушительный катализатор.

Мэди продолжает дергать ручку, и я сворачиваю к обочине.

Не сказав ей ни слова, отстёгиваю ремень и выхожу из машины. Она вылезает следом, и я вижу в ее глазах, насколько она взбешена и зла. Мэди замахивается кулаком в мою стороны, но я перехватываю запястье, как и следующее. Прижав её к себе, держу руки и свирепо смотрю сверху-вниз, прямо ей в глаза. Буря в ней не утихает и на миг.

– Отпусти меня. Сейчас же, – обманчиво тихим голосом, требует она.

– Ты сумасшедшая, скажи мне? Ты собиралась выпрыгнуть из машины, пока та едет, – я даже не обращаю внимание на её попытки вырваться.

Пока она не успокоится, я не отпущу.

Ты не отпустишь ее никогда.

Мэди закатывает глаза.

– Я знала, что ты остановишь машину.

– Двинутая.

– А ты придурок! – бросает она, отворачиваясь.

Держу ее за подбородок и проворачиваю лицом к себе.

– Смотри на меня сейчас и слушай, что я скажу. Кивни, если до тебя дошло.

Мэди сладко улыбается и делает то, что я, признаться честно, не ожидал от неё.

Резкая боль, словно меня ударило молнией, расходится по всему телу. Я скрючиваюсь, не дыша, потому что каждый вдох доставляет ещё больше боли. Эта девушка ударила меня в пах, и когда я в шоке смотрю на неё, то вижу, как она шевелит бровями и показывает мне средний палец.

– Кивни, если дошло, – любезно говорит Мэди.

Свирепо рычу и выпрямляюсь, наплевав на боль.

Ее глаза расширяются.

– Надо было сильнее бить… – шепчет она.

Я хмыкаю.

– Нет, ты ударила довольно хорошо, но годами раньше ударила гораздо сильнее, – мой голос всё ещё хриплый, наполненный болью.

Мэди выглядит измученной.

– Я знаю, слышишь? Знаю, что поступила плохо. Я просто хотела преподать ему урок. Кто знал, что всё так сложится? Я же не знала, что ты… – она смущённо роняет взгляд в ноги.

– Что я был влюблён в тебя с детства? С того самого момента, как увидел впервые? Этого ты не знала? Кому ты пытаешься врать, Картер.