Наше вечное вчера

Я даже не курю, но почему-то делаю это сейчас, идя на очередную глупость. Текила, которую приносит Тара и вручает очередной стаканчик мне, добавляет масла в огонь, и тогда я забываюсь полностью, потому что принимаю порцию дыма изо рта какого-то незнакомца. Сигарета исчезает из рук, ведь я перехожу на тяжелую артиллерию. И это последнее, что я запоминаю.

Голоса слышатся словно через сон, но я однозначно не сплю, слыша музыку и рёв толпы. Чьи-то руки поднимают моё безвольное тело и тащат куда-то, но я не в состоянии произнести слово.

Где-то внутри ощущаю бешеное биение сердца, из-за чего пульс долбит по барабанным перепонкам, но и это не помогает очнуться и очистить сознание.

Кажется, что проходит пять минут, как в мой сладкий сон врывается чей-то громкий визг, что действует на меня, как тарелки у той обезьянки из мультиков. Быстро принимаю сидячее положение, сонно потирая глаза и пытаясь осознать, что я и где я. Оглядываюсь и обрывками вспоминаю, как оказалась на диване в квартире Мэйсона.

На мне вчерашнее платье, а значит он поленился переодеть меня, хоть бы дал свою футболку.

Когда визг повторяется вновь, я бегу в комнату Мэйса, откуда он как раз доносится. С пинка открываю дверь и, тяжело дыша, смотрю на картину, развивающуюся перед глазами.

Анна, закутанная в одеяло, держится за него, как за спасательный круг, прижавшись спиной к стене, сидит на полу и зажимает уши ладонями. Мэйс, в свою очередь, смотрит на неё с кровати, как на сумасшедшую.

– Твой брат, – она указывает в сторону Мэйса. – Воспользовался моим состоянием и занялся со мной сексом!

Давлюсь слюнями, которые внезапно начали выделяться в сухом рту. Смотрю на брата, который равнодушно закатывает глаза.

– Ты сама полезла. Тебе повезло, что я вообще позволил слюнявить подушку и думать, что это я. В любом случае, никто тобой не пользовался: ты сама разделась и начала ловить глюки. И откуда я знал, что ты под наркотой? Ты всегда был двинутая, так что перемены в твоём состоянии я не заметил.

Хотя бы по Мэди было видно, что она пьяная, – он грозно смотрит на меня: – Я же верно говорю: ты не пробовала дурь? Я убью тебя, если да.

Стыдливо опускаю глаза в пол. За эту долю секунды, пытаюсь вспомнить, когда она вообще присоединилась ко мне и той кучке растаманов.

– Мог бы посмотреть мои зрачки! – заверещала Анна.

Мэйс метнул в неё разъярённый взгляд.