Наша цель

– Тебе не кажется, что ты пашешь на работе, как проклятая? – шепчет Лизи, словно на втором этаже нас сможет кто-то услышать.

– Если ты помнишь, то у меня нет работы, я работаю на себя, – бубню в свою защиту я, но выдаю себя тем, что ковыряю рукава.

– Алекс, – вздыхает подруга, – хорошо. Тебе не кажется, что ты берёшь слишком много заказов? Тебе не кажется, что пора остановиться?

Я пытаюсь проглотить ком, но он не то, чтобы не лезет в горло, он выплёскивается наружу в виде быстрого потока слов, которые я не желаю выливать на Лизи.

– А что я должна делать? Мне больше нечем заняться! Я прихожу в эту гребаную пустую квартиру, смотрю на эти чёртовы стены и ненавижу всё вокруг! Напомнить тебе, что ты делала, когда Джаред улетел? Ты до ночи сидела на работе, а с утра пораньше вставала и изводила себя пробежками. Я вообще тебя почти не видела, а когда видела, ты делала вид, что не ревела всю ночь! Я нашла себя в работе, это моя отдушина!

Лизи смотрит на меня, хлопая большими карими глазами, после чего, её взгляд поднимается за мою спину, куда я тут же перевожу свой.

– Привет, – говорит он, после чего едва заметно поднимает уголки губ. Он всё слышал. Джаред позволяет увидеть свои настоящие эмоции, по крайней мере, их видимы мы – те, кто хорошо его знает.

Я молча киваю, переводя взгляд на Лизи, которая отстраняется и не принимает поцелуй в щёку от мужа, чем ошарашивает Джареда, а я уже виню за это себя, из-за меня – она отстраняется от него.

– Я понимаю, что ты делаешь это из-за меня, но оно того ни стоит. Если тебя поцелует муж, то я не откинусь и не заблюю ваш обеденный стол.

– Алекс, это не из-за тебя, – тут же оправдывается Лизи, но я не верю ей, поэтому вздохнув, качаю головой.

– Люди расстаются ежедневно, не будем делать из этого трагедию, поэтому, прекратите разговаривать со мной, словно я инвалид. Мне уже надоело! – отчеканиваю я, но чувствую пустоту и ноющую боль в области сердца, – я должна доделать один проект к среде. Не провожай меня.

После своих слов, я еле выдавливаю кривую улыбку, из-за которой брови Лизи сводятся на переносице, а Джаред вздыхает, упираясь ладонями в столешницу.