Наша цель

Как какую-то старую вещь или поломанную игрушку, тебя бросают в урну и уходят, не возвращаясь посмотреть, жив ли ты вообще. Обида душит меня, скребёт когтями по сердцу и разрывает изнутри, пока я судорожно беру нити, чтобы попытаться зашить лоскутки души. Но я не могу даже попасть в ушко иглы, чтобы для начала хотя бы сделать узелок, с помощью которого смогу остановить дальнейшие разрывы.

– Алекс? – послышался знакомый голос, из-за которого я чуть ли не вылила кружку с кофе на себя, – Боже, прости.

– Всё в порядке, я жива и без ожогов, – искренне улыбнулась я впервые за то время, как ушёл Том, – я рада тебя видеть.

– А я как рада, чёрт возьми, мы не виделись почти два года, – засмеялась Карла, махнув фиолетовыми кончиками волос, которые вверх переходили в розовый, – я уже думала ты не приходишь, потому что полысела или испортила волос и теперь боишься моего гнева.

Приняв объятия человека, который когда-то делал из моих волос конфеты, я выдохнула.

– Я хочу кардинальных изменений.

– Насколько кардинальных? – засмеялась она.

– Чтобы не узнать себя, но не так, как у тебя, что-то более уравновешенное.

– Я рассталась с Диком, это был крик души. Кстати, как поживает Том?

– Не знаю, мы расстались, – выдавив кривую улыбку, которая далась особым трудом, я заняла кресло напротив огромного зеркала. Кнопка самоуничтожения только что была нажата, но я всеми силами пыталась найти путь отступления.

– Расстались? – ахнула она.

– Да.

– Ладно, вижу, ты не горишь желанием трепаться на эту тему.

Кивнув, я послала ей благодарную улыбку.

– Делай всё, что посчитаешь нужным, даже блондинкой.

– Нет, – засмеялась Карла, – это не твоё, но у меня есть другая идея.

– Вся во внимании.

– Это будет держаться в тайне до последнего. Впрочем, как всегда.

– Боже, хорошо, – вздохнула я, когда меня отвернули от зеркала, где я успела попрощаться с бывшей собой.

Когда отросшие волосы после каре начали вновь покидать меня, падая на пол, с ними одновременно падала я, но морально.

Задница буквально прилипла к стулу спустя три часа, за ними последовал ещё час. А потом ещё час. Итого я просидела на одном месте пять часов, которые смогли убить мои нервы.