Я лечу к тебе

– Что ты знаешь об этом?

– Ты, кажется, забыл, что я уехал в Нью-Йорк на год раньше, сумев сохранить свои отношения, – эти слова похожи как на хорошую пощёчину, благодаря которым я буквально вздрагиваю.

– Ты, кажется, забыл, что Алекс к тебе прилетала, либо ты к ней, – язвлю я.

– И? – бросая мне вызов, он продолжает смотреть в мои глаза, не показывая страха. – И что дальше? Кто мешал тебе? Она могла прилетать к тебе, стоило только подойти к этому иначе, без приказов, условий и давления. Мы решили всё спокойно, чего не сказать о тебе.

– Ты шёл к этому несколько лет, у меня было меньше суток.

– Дерьмовое оправдание. Вторая попытка, Картер.

– Это не гребаное оправдание!

– Это оправдание, – говорит Том. – Возьми и исправь всё дерьмо, которое сделал. Задницу рви, чтобы была возможность прилететь и поговорить с ней спокойно. Ещё одна ошибка будет стоить тебе всего.

– Какая к черту ошибка?

– Для начала, убери то, что натворил за этой стеной. Моя девушка ползает по твоей квартире и собирает осколки, пока ты тут придумываешь себе новое оправдание.

С этими словами, Том открывает дверь и жестом указывает мне выйти первым. Он оказывается прав: Алекс практически ползает на четвереньках и собирает осколки. Становится невыносимо душно, стыдно и дерьмово на душе. Перевожу взгляд на брата, который подключается к ней и успевает оставить быстрый поцелуй на её щеке.

– Хреновый прилёт вышел, – выдыхаю я, смотря на них.

Алекс и Том поднимают голову, смотря в мою сторону, в то время как я истуканом застыл на месте.

– В следующий раз будет лучше, – добавляю я, и следующим словом, помогаю уголкам губ Алекс приподняться: – Обещаю.

Глава 5

Лизи

В квартире стояла тишина, так одиноко я ещё никогда себя не чувствовала. Кружка с кофе отвержено дымилась на столешнице, пока я смотрела в окно, наблюдая за спешащими людьми. Сколько понадобится времени, чтобы раны зажили, и я могла жить, как прежде!? Месяц? Год? Десятки лет? Как я могу полюбить кого-то, не имея сердца? Слёзы покатились по щекам, и я не стала им препятствовать.

Мне хочется забиться в дальний уголок и не шевелиться, пока всё не утихнет. Поток слёз был нескончаемым. Боль и отчаянье наплывали, словно морской прибой. Телефон вибрировал второй раз где-то под кроватью, но желания принимать вызов до сих пор не возникло, кто бы там ни был. Звонок прекратился, но через несколько секунд снова повторился. Это уже третий, а может и сотый.