Вкус нашей ненависти

– Да, – улыбается его невеста, словно за секунду они успели обговорить план по изгнанию без слов.

Усмехаюсь их расточительности и дерьмовой идее.

– Останусь, – улыбаюсь я, на что Дэни и Энди с непониманием на лице переглядываются между собой, словно не верят в услышанное.

– Останешься? – с недоверием, переспрашивает Энди.

– Ага.

Саванна подскакивает на ноги и уносится в ванную комнату с радостным лицом, что-то лопоча про макияж, а я с усмешкой смотрю на парочку рядом.

– Ты задумал какое-то дерьмо, – парирует Дэни.

– Что? Это будет весело.

– Хочешь потешить своё самолюбие, – фыркает Энди.

– Хочу, чтобы обе от меня отвалили, а сделать это проще, если они начнут войну между собой и забудут про меня.

– Джейк, ты гребаный идиот, – морщится Дэни, когда возвращаюсь на диван.

– Тут все методы хороши. Есть другой вариант, но вам не нравится.

– Ты не будешь заниматься сексом с моей сестрой, – настойчиво и требовательно заявляет Энди.

– Отлично, потому что я не буду делать это с твоей подругой тоже. Хватит подкладывать меня под неё.

– Я не подкладываю тебя под неё, вы просто хорошо смотритесь вместе.

– Охотно верю, – морщусь, представляя эту милую картинку. – Она посадит меня на цепь у кровати, или я стану её собачкой, которую Пэрис носит под рукой. Всегда и всюду.

– Ты же в курсе, что Сав обожает её?

– Кого? Пэрис или твою подругу-надоедалку?

– Обоих. Она любит блондинку в шоколаде.

– Какое счастье. Надеюсь, сегодня они будут заняты любовью друг к другу или посмотрят очередной фильм с Пэрис.

Энди закатывает глаза и отклоняется к кухне.

Сомнения в правильности выбора продолжают терзать, но остаюсь сидеть на месте. Поздно что-либо менять, сегодня самостоятельно закрываю дверь клетки с двумя девушками, которые напоминают львов, готовых растерзать меня. За небольшой промежуток времени мне действительно становится страшно. И когда я поднимаюсь, чтобы всё же сделать ноги, оглушает дверной звонок.

Дэни насмешливо изгибает бровь.

– Дверь открыть, – говорю я, над чем он открыто начинается смеяться, явно не веря в мою отмазку.

– Она будет в восторге, когда увидит тебя, – насмешливо доносится мне вслед.

Так и происходит.

Я хочу плакать, бежать без оглядки, в ужасе позвать на помощь маму, виню себя за все людские грехи и попутно задаюсь вопросом, нахрена остался. Это самое тупое, что делал.