Наше пересечение

 – Мне больно, Диего, отпусти.

Я выдерживаю её взгляд и со вздохом отпускаю руку сёстры. Она тут же отскакивает от меня, потирая место.

– Актриса, – фыркаю, пока она устраивает сцену, где играет роль бедняжки.

– Вот и ложь, ты правда сделал мне больно. Смотри, – Мария поднимает руку, указывая мне на красное пятно в виде пальцев, – иногда тебе стоит соизмерять силу. Или я запишусь на борьбу, и тебе придёт пиздец.

– Не уходи от темы, – я скрестил руки на голой груди, сев на край кровати.

Она устало вздохнула, всхлипнув, будто вот-вот разрыдается.

– Я просто ляпнула. Я ничего не знаю.

– Врешь, ты что-то точно знаешь.

– Может и так, – певуче тянет она, – но я ничегошеньки не расскажу тебе.

Мои мышцы наливаются свинцом. Я ощущаю, как медленно становлюсь Халком.

– Ты же не станешь скрывать что-то от любимого брата, так ведь? – игриво спрашиваю её. Пусть это и слышится шуткой, но внутренне я серьёзен и зол. А ещё я в отчаянии. Причём в полном. Мне хочется знать абсолютно все, что касается неё.

– В этой голове куча секретов, о существовании которых ты даже не знаешь, – она тычет себя в висок указательным пальцем.

Надежда во мне рассыпается на миллионы, миллиарды крошечных частиц. Моё сердце разрывается, точнее остатки от него, потому что его давно к чертям уничтожила Грейс. А сейчас я, как идиот, пытаю Марию, чтобы узнать о ней хоть что-то. Тем более если ей плохо, то я должен знать. Потому что мне не лучше.

Пожав плечами, она окинула меня сочувствующим взглядом и подошла в плотную к двери.

– Мария, я люблю её, сильнее, чем собственную шкуру. Когда она появилась в моей жизни, я отрицал все возможные связи с ней. Я видел, что Грейс просто хотела любви. Она хотела быть любимой. И я боялся, что после того, как я дам ей это, она уйдёт, забрав с собой частичку меня. Со временем я убедился в том, что Грейс – не такой человек. Она лучше. Она целеустремлённая, упёртая, великолепная, сексуальная до чёртиков… настоящая.

Её рука была уже на ручке, когда она резко остановилась. Я слышал собственный стук сердца и неровное дыхание. Мне даже пришлось задержать его, чтобы не прослушать ничего из того, что может сказать Мария. Не глядя на меня, она еле слышно прошептала:

– Сегодня свадьба Грейс и Арчера, вот почему ей плохо…

С этими словами она исчезла, оставив меня одного.