Игра за линией поля

В конце концов, Рэй смывается следом за Уиллом, Коди остаётся, но не торопится приступать к работе. Он находит инструменты на полках и ставит на пол банку со шпателями. Я изучаю капот и прихожу к неутешительному выводу, что после выходки Одри придётся воспользоваться услугами мастерских, восстановить всё с помощью краски и полировки. Она чертовски дорого мне обходится. И я не имею в виду машину.

Сражаясь с членами, задыхаюсь от беззвучного смеха, сотрясающего грудную клетку. Как долго Одри развивала эту мысль и как дошла до того, что эта идея превзошла над остальными, господствующими в её безумной голове? С какого момента тараканы стали такими суровыми? Одно ясно точно: сегодняшний вечер запомню на всю жизнь.

Дарит ли он опыт? Отнюдь. Я с разбега прыгну на те же грабли. Хочу посмотреть, на что ещё она способна, кроме как поджечь машину.

Ощущаю вибрацию в кармане и вытаскиваю мобильник.

– Привет, милый, – звучит голос мамы, как только принимаю звонок.

– Мам, я был милым до тех пор, пока мог пешком пройти под столом.

С того времени всё немного поменялось.

– Прекрати быть таким ворчливым.

Я закатываю глаза.

– Как дела? – продолжает она, не меняя бодрый и улыбчивый тон. – Какие впечатления?

Хочется ляпнуть что-нибудь, пропитанное сарказмом, гадским юмором, но она не виновата в том, что у Одри хорошая фантазия. У меня есть идеи, в какое русло направить её инициативность, только боюсь, она не будет в восторге.

– Супер, мам. Лучше некуда.

– Ты опять ворчишь, Трэвис.

– Нет, я отвечаю на вопрос.

– С тобой абсолютно бесполезно спорить, – вздыхает она, наверняка потирая свободной рукой зону виска. Моя мать предсказуема до мелочей. – Я звоню не без повода.

Я усмехаюсь.

– А вот это уже интересно. Другое дело. Люблю деловой подход.

– У Элиаса юбилей, мы получили приглашение.

Я успеваю мысленно отрезать собственный язык, потому что ляпнуть вопрос, будет ли там Одри, было бы огромной глупостью. Конечно, черт побери, она там будет, это же её отец.

Я деградирую. А что будет через десять лет? Какая станция? Деменция? Если так, то хотелось бы откинуться до того, как стукнет тридцать.

– Ладно, что я должен сделать? Нарисовать открытку и зачитать стишок на стуле?

– Если бы я не была твоей матерью и не привыкла к такому рода юмору, давно могла отвесить подзатыльник и сказать, что ты грубый невежа.

– Но ты всё-таки создала меня, так что я, Аллилуйя, автоматически прощён.