Игра на грани фола

Тело Виктории вибрирует от смеха, а в следующую секунду нас возвращает в реальность мелодия телефона.

Виктория резко отстраняется. Пытается что-то сказать, но слова растворяются в воздухе. Лихорадочно шаря по карманам, она достает телефон и смотрит на меня с неприкрытым смятением.

– Прости, но… – В ее глазах быстро отражаются сменяющие друг друга эмоции, и она сдавленно добавляет: – Я не та, кто тебе подходит.

Какого дьявола?

– Ты шутишь? – Я огрызаюсь, потому что жгучее разочарование не входит в планы.

Я одинаково злюсь на того, кто прервал нас, и на себя за непрошенные чувства.

Виктория вскакивает на ноги и пятится к выходу.

– Ты не увидишь меня больше, клянусь!

С этими словами она вылетает из кофейни.

Глава 8. Виктория

– Я не буду участвовать в этом фарсе, папа.

Отец вскидывает голову и смотрит на меня так, словно я говорю на китайском. Он закрывает папку и откладывает ее в сторону, сосредоточив внимание на мне. За его спиной в свете ламп сияют кубки, которыми так гордится школьный совет.

Директор восхищается командой, и только я остаюсь без благодарности. Всего неделю назад я смотрела на трофеи с равнодушием, но теперь мне внезапно становится стыдно. Я съеживаюсь, вспоминая о том, каким грязным способом были получены эти жестянки.

Папины глаза сужаются. Я выдерживаю его взгляд, выпрямляюсь и поднимаю подбородок. Пусть видит, что я готова постоять за себя.

– Это выпускной год. Я должна сосредоточиться на учебе, театре, тренировках, экзаменах.

Может, команде стоит проводить больше времени на поле? Если парни хорошо попотеют, то заработают свои медальки.

– Что-то случилось? – Папа присматривается ко мне.

СЛУЧИЛОСЬ?

Ради всего святого, Коди поцеловал меня! Я никогда не заходила так далеко. Никто из них ни разу не прикасался ко мне, а теперь я чувствую себя грязью, и передо мной маячит перспектива получить ярлык подстилки. Последний час моим единственным желанием было чистить зубы до тех пор, пока не сотру их в порошок, а потом – оттереть кожу до костей металлической губкой.

Отец поднимается из-за стола, подходит ко мне и кладет руку на плечо.

– Он что-то сделал?

– Нет. – Я натягиваю отточенную годами улыбку и пытаюсь усмирить колотящееся сердце. – Он просто хороший парень, а я слишком устала, чтобы тратить время на ерунду.

Папа смотрит так, словно у меня отросла вторая голова.

– Хороший парень? – задумчиво протягивает он.