Игра на грани фола

– А как я, по-твоему, должна войти в комнату? Через окно? – оправдывается она.

– Но не так!

– Я постучала!

– Я была в наушниках!

– И кто в этом виноват?

Вздыхаю и признаю ее правоту.

– Я пошла попить и услышала шум в твоей комнате. Постучалась, спросила, все ли в порядке, а ты ничего не ответила. Не могу же я спокойно уйти! Вдруг что-то случилось!

– Все в порядке, – смягчаюсь я. – Ты же знаешь, я ненавижу грозу. Не могла уснуть и решила чем-то себя занять.

– В такое время? – Папа кивает на разбросанную вокруг меня одежду.

– Великие умы творят ночью, – иронизирую в ответ.

Он уходит, и его шаги постепенно затихают в конце коридора.

– Милая, ты действительно решила разобрать шкаф в час ночи, в темноте?

– У меня есть фонарик.

Мама тоже хочет уйти, но я решаю подразнить ее напоследок:

– А если бы я была с парнем, или голой? Или и то, и другое?

– Святые небеса! – возмущается она, вылетает за порог и хлопает дверью. Если нужно прекратить разговор с мамой, достаточно только заикнуться о парнях.

Утром я похожа на бодрого и активного зомби. Всегда удивляюсь: если сплю с вечера до обеда, еле отскребаю голову от подушки, но если сон длится жалких четыре-пять часов, просыпаюсь с торпедой в одном месте.

Одри толкает меня плечом, подстроившись под мой шаг в школьном коридоре.

– Я уже говорила, как рада получить роль Джульетта?

Краем глаза наблюдаю за ее сияющим лицом, одновременно стараясь не стукнуться лбом об открытый шкафчик или хуже того, о грудь футболиста.

– Примерно пару миллионов раз.

– Если нужно, я готова связать себя фиктивными отношениями для поднятия рейтингов. В Голливуде это частое явление.

– Мы говорим о школьном спектакле, – напоминаю я.

– Ты бесчувственная, Ньюман! – Одри театрально вздыхает. – Подумать только, самый красивый парень школы оказался таким скромником. Я попробовала заговорить с ним пару недель назад во дворе и, знаешь, что он сделал?

– Заплакал?

– Промямлил, что его ждет мама.

Я, кажется, вот-вот задохнусь от смеха.

– Тебе предстоит его целовать. – Я сажусь за свою парту, а Одри занимает место в соседнем ряду. – Проверь пульс после того, как вкусишь фальшивый яд с его губ.

– Думаешь, все настолько плохо?

Мэтт никогда не казался мне совершенством, рыцарем в сияющих доспехах, о котором бы я мечтала перед сном. По правде говоря, такого человека и вовсе не существует.