Нет ничего невозможного

Правда, он сразу подавил это чувство – лучше думать о желании ощутить ее под собой.

Он хочет ее, и он ее получит. Сейчас.

Посередине ванной стоял туалетный столик. Грэм подхватил Еву, усадил на край и втиснулся у нее между бедер. Он гладил ноги, округлые бедра и тонкую талию.

– Нам больше не следует этого делать, – прошептала она, вцепилась пальцами ему в плечи и задрожала, выдавая свое желание. Начало хорошее, и скоро она будет извиваться и, задыхаясь, выкрикивать его имя.

Грэм провел кончиком пальца по ее груди и ниже, к животу.

– И почему же?

Ева выдохнула и прикрыла глаза. Да, вот оно. То, что ему нужно увидеть, – полное подчинение ему.

– Потому что…

Грэм наклонился и ртом проделал тот же путь, что и пальцем.

– Мы оба этого хотим, – сказал он.

Она взяла в ладони его лицо и подняла ему голову.

– Мы хотим разные вещи, – заявила она, глядя ему в глаза.

– Прямо сейчас и здесь мы хотим одного и того же.

– Я не про то, что сейчас.

– Я же говорил тебе доверять мне, – напомнил ей Грэм, просунув руку между ее бедер.

 – А теперь хватит разговоров.

Она застонала и откинулась назад. Он весь день представлял себе ее… такую. Он, конечно, предпочитает, чтобы все происходило у него в пентхаусе, в гостиной, залитой городскими огнями. Но и здесь тоже неплохо. Если кто-нибудь нагрянет с визитом, то не заметит его автомобиль, потому что она предоставила ему на всякий случай отсек в гараже позади дома. Эта таинственность лишь увеличивала желание.

Чем ниже его рука спускалась, тем чаще у Евы вырывались чувственные вздохи.

Она закусила губу. Он подался вперед и завладел ее ртом. Ева – идеальная партнерша в спальне, у них абсолютно одинаковые желания, они знают, как удовлетворить друг друга, не произнося ни единого слова, и оба не ожидают ничего, кроме сексуального наслаждения.

Ева зажмурилась и вся напряглась. Для Грэма наблюдать за ней в такие мгновения – необъяснимое удовольствие. Ее не смущают ни звуки, которые она издает, ни влажные, прилипшие к шее растрепавшиеся волосы.

Это Ева. Его Ева.

Нет. Не его. Она никогда не будет принадлежать ему. Все это временно, ненадолго.

Как только ее тело расслабилось, Грэм подвинул ее к краю стола и расстегнул брюки. Он не может ждать ни минуты. Она – все, что нужно ему в этот момент, а задумываться, что будет дальше…

У них нет будущего.

Она обхватила его за шею, прижалась грудью к его груди. Ему было все равно, что он так и не разделся.