Принцессу драконом не испортишь! Сказка для взрослых

– Звучит мерзопакостно! Ладно, я потерплю эти ужасные условия, но только потому что вы мне симпатичны. Отосплюсь на выходных.

– Боюсь, что и на выходных график остается прежним.

– Занятия по выходным? Да вы изверг!

– А вы этого еще не поняли, принцесса? Это не вы станете моим наказанием, а я вашим.

Принцесса поднялась и протянула Дракону руку. Он с недоверием воззрился на ее ладонь.

– Почему вы улыбаетесь?

– Потому что это был честный хороший бой. Вы победили, милорд. Как мне ни прискорбно, но я ценю хорошую игру.

Его рука в черной бархатной перчатке коснулась ее пальцев. Даже сквозь ткань принцесса чувствовала жар, который то и дело пробегал по этой ладони.

– Тем не менее, – беззлобно продолжала она, – я буду с нетерпением ждать следующей схватки.

Глава 8. Дракон и его Логово

Больше всего на свете Дракон ненавидел свое Логово.

Ненавидел острые башни, которые норовили оцарапать брюхо. Ненавидел рассыпчатую, как печенье, лепнину на изящных эркерах.

Прожив в Логове пару сотен лет, он так и не привык считать его домом.

Все эти века он старался не находиться в Логове дольше, чем это было необходимо. Да бес с ними, с башнями, лепнинами, стенами и обстановкой! При нынешнем развитии дизайна, это все можно поменять по щелчку пальца. Но вот чего не изменишь, так это того, что в каменной громаде, которую все признавали прелестной и утонченной, его на каждом шагу, в каждом коридоре подстерегал призрак чудовища.

Призрак его отца.

    ***

У Беофоса Седоуса было два ключевых качества, о которых не догадывались даже его близкие друзья.

Во-первых, он считал драконов избранными существами, с мощью которых могут посоперничать только демиурги. О последнем, впрочем, Беофос мог долго философствовать да все в пустую, поскольку с момента ухода бога Годфрида в мире больше не осталось демиургов, чтобы можно было померяться силами.

Во-вторых, он был лицемером.

Беофос занимал видное место в Магическом совете и отвечал за социальные связи. Во многом благодаря его действиям был установлен первый хрупкий мир между магиками и не-магиками. Он убеждал магиков идти на уступки, учиться стоять пониже, ценить не-магические жизни. Он превратил традицию устраивать пансионы для знатных дам в искусство.