Кто прячется в тени

Но Корделия одёргивает себя, каждый раз борясь внутри с совершенно другим человеком – с той девочкой из прошлого, которая никуда не ушла.

Не исчезла. Не…

Будь она неладна!

Через три сиденья от себя Корделия видит Пауля – знакомого с курса. Он что-то судорожно дописывает на листе, хватаясь за уходящую мысль. От того, как он жмёт на ручку, страница блокнота загибается – кажется, что ещё немного и его пальцы окажутся в капкане. Мысленно Корделия называет Пауля чернильным мальчиком.

Чернильный мальчик.

Раньше она любила эту сказку, которую сама же и придумала, сидя перед домом много лет назад и пытаясь закурить.

Зажигалка щёлкала, но давала только искру, оставляя её без очередной порции никотина. У Чернильного мальчика таких проблем в жизни не было. У него всё было хорошо.

Замечательнее не бывает.

– Привет, Корделия.

Пауль закрывает ежедневник и проводит пальцами по лицу, стирая влагу со лба. На смуглой коже остаётся след от чернил. Оказавшись рядом, Корделия слюнявит палец и аккуратно, но с нажимом, проводит по его коже, снимая грязь, словно пленку.

Пауль задерживает дыхание. Ему никто не поверит, что его касалась Корделия – холодная принцесса – Фоулз, да она и сама не знает, почему так важно сделать это – убрать чью-то ошибку. Это ведь не исправит её.

– Могу я угостить тебя кофе, Делия?

Она всё ещё держит руку у его лица. Последнее прикосновение кажется по-особенному давящим, оставляющим след на коже.

– Прости, – отдёрнув руку, Корделия улыбается, касаясь короткой светлой причёски.

 – Меня так никто не называет.

Хотя Корделии хочется сказать иначе, но она прикусывает изнутри щёку, зажимая слизистую до боли, пока во рту не появляется вкус крови.

– Не страшно, всего лишь царапина, – легко выговаривает Пауль. Отвернувшись, подхватывает свою сумку и направляется в сторону выхода.

– Это всего лишь царапина, Коди. Ты согласна?

Корделия идёт следом за Паулем. Держится близко, но не чересчур. По подёргиванию его головы понимает, что он хочет обернуться, но боится.

Корделия догадывается о его чувствах, но если он признается, она перестанет с ним общаться. Их обоюдное молчание – залог своеобразной дружбы. Они никуда не ходят вместе, не так много общаются, но Пауль единственный, кому Корделия в принципе позволяет говорить с собой и подходить ближе.

В коридоре становится легче.

Корделия и не думала, что внутри так жарко. Слушающие медленно расходятся в разные стороны, чтобы размять ноги и поговорить.