Эва Эвергрин и проклятие великого магистра

То есть радовалась я ровно до тех пор, пока не услышала ее следующие слова:

– Ой, волшебная птичка! Такая красивая!

Я обернулась, вглядываясь в небо. Сердце тревожно забилось.

Бумажные крылья тихонько шелестели при каждом взмахе – так же нежно, как теплый мех Уголька, когда лисий хвост задевает мои ноги.

Но я так и застыла на месте.

Когда я только начинала квест на ранг ведьмы-неофита, мне больше всего на свете хотелось увидеть бумажную птицу с черной каймой, стремительную, как ворона каменка, с печатью Совета в виде полумесяца.

А судьба подстроила подлость – мой первый шаг на пути к повышению ведьминского ранга стал для мамы первым шагом к потере магии.

И вот всего через два месяца после того первого поручения в открытое окно влетает новое письмо из Совета.

На одну безумную минуту у меня мелькнула надежда – вдруг это кого-нибудь другого вызывают. Может, в городе у кого-то из детей пробудилась магия.

Птица подлетела прямо ко мне и закружилась над головой, дожидаясь, когда я подставлю руку. А я стояла столбом. Не отреагировала, даже когда Уголек потыкался носом мне в ноги.

Птица подлетела ближе и, вытянув бумажную шею, больно клюнула в плечо.

– Ай!

Все еще оглушенная, я протянула руку, и птица села мне на ладонь, гордо вскинув голову.

Я тронула ее волшебной палочкой:

– Печать, разломись! Письмо, отворись!

Бумажный листок развернулся, крыло за крылом, и вот у меня в руках раскрытое письмо.

Я пробежала его глазами, но не поняла ни слова. Не могла вздохнуть – в легких не осталось воздуха.

Этого не может быть. Этого просто не может быть…

Я поставила кружку на пустой поднос и пошла к двери, прихватив по дороге метлу. Огненный Феникс так и рвался из рук, тянул меня за собой – соскучился, наверное, меня дожидаясь. Я сдернула с крюка на стене рюкзак, просунула руки в лямки и выскочила за дверь.

Небо над головой было по-утреннему ясное, васильковое. Легкий ветерок гонял по улице лепестки поздних летних цветов. Скоро осень – время увядания. Перемена погоды в этот период – обычное дело, но откуда же это чувство, будто всему королевству приходит конец?

Горожане бросились за мной:

– Неофит Эвергрин, подожди! Праздник только начинается!

Я вскочила верхом на метлу. Уголек запрыгнул мне на колено, оттуда на плечо, а с плеча – в рюкзак.