Триумф нежности

Роджер тяжело вздохнул:

– Какого черта ты собираешься делать в Пуэрто-Рико?

– Нужно проследить за банкротством корпорации, а потом я займусь тем же, что делали мои предки, – нехотя ответил Рамон. – Я собираюсь обрабатывать землю.

– Ты в своем уме? – вспылил Роджер. – Обрабатывать клочок земли? Уж не та ли это лачуга, где мы с тобой однажды развлекались с девочками?

– Довольно! – прервал Рамон. – Этот клочок земли – все, что у меня есть. Вместе с домом, в котором я родился.

– А что с домом около Сан-Хуана, виллой в Испании, что с островом в Средиземном море? Продай один из домов или остров – и будешь купаться в роскоши до конца дней своих.

– Они проданы с аукциона, иначе корпорация не смогла бы возместить ущерб. А банки, которые ссужали деньги, кружат, как стервятники.

– Черт бы все побрал! – беспомощно пробормотал Роджер. – Если бы твой отец не умер, я бы сам его придушил.

– Боюсь, тебя бы опередили акционеры, – горько усмехнулся Рамон.

– Как ты можешь острить, как будто это тебя не касается?

– Я уже смирился с поражением, – хладнокровно произнес Рамон, – я сделал все, что мог. И я не вижу ничего страшного в том, чтобы трудиться на своей земле, среди людей, которые веками работали на нашу семью.

Зная, что друг не выносит сантиментов, Роджер отвернулся, скрывая выражение лица:

– Рамон, я могу сделать для тебя хоть что-нибудь?

– Да.

– А что именно? – радостно спросил Роджер, бросая взгляд через плечо. – Давай говори, я все сделаю!

– Ты не смог бы дать мне на время твою машину? Я хотел бы поехать один.

Просьба была пустяковая – Роджер полез в карман и бросил ключи другу.

– Есть проблемы с подачей топлива и с фильтром, а ремонт сделают только через неделю. Так что, если тебе повезет, машина заглохнет посреди улицы уже сегодня вечером.

Рамон пожал плечами, его лицо было отрешенным.

– Если это случится – пойду пешком, нужно привыкать к сельской жизни.

– Слушай, не строй ты из себя бедного крестьянина! Ты был и остаешься крупной фигурой в международном бизнесе.

Рамон стиснул зубы, ему пришлось собрать всю свою волю, чтобы усмирить бушующую в нем ярость.

– Фигурой крупного неудачника. В международном бизнесе у меня теперь репутация неудачника, и этого мне не простят.