Воскрешение вампира

– Я рад это слышать!

"Мне надо быть начеку сегодня вечером, иначе этот трус все испортит, – подумал мистер Лейк. – думаю, что любого необычного шума в доме будет достаточно, чтобы он упал в обморок. Чертова трусость, она все портит!"

Мистер Лейк сам не был абсолютно уверен, что вампир – всего лишь иллюзия и плод воображения его племянницы, поэтому, когда наступил вечер, он сделал всё, что было в его силах, чтобы подбодрить мужество своего сына.

Он даже позаботился о том, чтобы тот выпил стакан чего-нибудь крепкого и горячительного, так как по собственному опыту знал, как алкоголь действует на слабое духом сердце.

Но больше всего мистера Лейка порадовала та легкость, с которой он таким образом уладил все дела с мистером Миллером и его клерком, которые, он не сомневался, выдумают такую историю, которая убедит непокорную Аннетту в том, что Ли ее отец.

"Тогда, – подумал старик Лейк, – мы, конечно, сможем уговорить строптивую выйти замуж за моего сына. О, все будет хорошо. Пусть ни один заговор впредь не надеется на успех, если это нам не удастся.

Это очень хорошо, когда кто-то говорит, что план увенчается успехом, но любое непредвиденное дуновение воздуха может прогнать мрачные фантазии тысячи заговоров! Мистер Лейк стоял на краю пропасти, про которую и не подозревал, иначе ее ужасающая высота привела бы его в смятение.

Т ем временем мисс Лейк пребывала в сильном душевном унынии; если что-нибудь и могло окончательно сломить дух юной и невинной девушки, так это, конечно, те обстоятельства, которые окружали ее теперь и лишали той помощи и сочувствия, которые она могла бы получить от родных отца или матери.

Она не возражала, чтобы молодой Лейк наблюдал за ее дверью. На самом деле, она плакала и была так подавлена, что едва ли могла понять, какое предложение ей сделали.

– Я не буду спать, – сказала она. – Одному Богу известно, что со мной будет.

– Не отчаивайся, все будет хорошо.

Молодая девушка ничего не ответила на это, но одного взгляда, которым она одарила его, было вполне достаточно, чтобы показать ему, как сильно она сомневается в искренности слов дружбы и привязанности к ней, слетевших с его губ.