Воскрешение вампира

 – Но как бы то ни было, раз ты вроде бы парень правильный, то и мы не прочь рассказать, что мы об этом думаем.

– Нет-нет, – вмешался Джордж, – не совсем так.

– И почему же?

– Потому что, видишь ли, Френсис, мы пока еще не знаем, мальчик мой, что об этом думать.

– Ну, как бы то ни было, во всем этом есть некая правда. Но мы расскажем мистеру Слопу о том, что некогда произошло и не очень отличалось от событий в лондонской гостинице.

– Но сперва скажи ему, кто она такая, – посоветовал Джордж.

– Хорошо. Тогда слушайте, мистер Слоп.

– Уже слушаю в оба уха.

Тут резко прозвенел колокольчик и Слоп, не раздумывая, вскочил:

– Иду! Иду!

Джордж и Френсис расхохотались, а Слоп смутился.

– Увы, джентльмены, – сказал он, – премного извиняюсь, но я так привык кричать «Иду!», когда звенит колокольчик, что на миг забыл, что здесь этого делать не следует. Надеюсь, вы выкинете это недоразумение из головы и расскажете мне все, что собирались.

– Забудь об этом. – сказал Френсис и, сделав очередной глоток чего-то крепкого и усевшись поудобнее, заговорил.

– Лорд Лейк – наш хозяин, и очень хороший человек, но только он… э-э… как там его доктор назвал, Джордж?

– Ну, кажется… и как он сказал, Фрэнк?

– Это я тебя спросил. Помнится, он назвал его хрипохрюндик, или что-то в этом роде.

– Вот-вот, что-то вроде того. Странно, верно?

– Очень.

– Прошу прощения, джентльмены, – произнес приличный на вид господин, сидящий в полутемном углу помещения и при этом отчаянно уродливый – во всяком случае, в видимой части его лица, остававшейся не закутанной.

– Точно, точно! Я вспомнил, когда услышал. Так вот, говорят, что это из-за того, что он был весьма ворчливый и своенравный без особых на то причин. А ежели не считать этого, чего от бедняги не зависело, то он был вполне достойным хозяином из всех, что надевали кожаную обувь.

– Я тебе верю, мальчик мой.

– Так вот, видите ли, графиня Бекбайт была его тещей, да еще и злобной старухой, и когда леди Лейк умерла, как раз она и доставила лорду Лейку новость о том, что его жена мертва, и что драгоценное дитя, которое она только что подарила миру, тоже дало дуба, то бишь, того.... Верно, Джордж?

– Все так и было, мальчик мой.