Вампирески. Книга 2. Продолжение кровавого праздника

Но почему вы так уверены, что у меня есть какая-то информация о вашем племяннике, мистере Чарльзе Голланде?

– Ты должен был драться с ним на дуэли, а потом он исчез.

– И поэтому я, – сказал Варни.

– Да, сказал адмирал, – это ясно как рубашка эконома на ганшпуге. Но это та самая причина, почему мой племянник исчез.

– Но этого явно недостаточно, по крайней мере в соответствии со здравым смыслом, – сказал Варни и при этом не дрогнул ни один из его мускулов.

– Говорят, что существа такие как ты не любят драться со смертными, поэтому ты от него избавился, чтобы он не избавился от тебя.

– Это откровенно, но это ни к чему, потому что я не избавлялся от джентльмена, о котором идет речь.

– Тогда, негодяй, драться буду я. Рыба, плоть или дичь, мне все равно. Без разницы для адмирала Белла. Выйди честный или лживый, для всех я моряк. Моряк всегда готов встретиться с врагом лицом к лицу, тем более с таким как ты, неуклюжий порожденный луной дурень.

– То, что я слышу, адмирал, это вряд ли культурно, по меньшей мере.

– Мне не нужны позволения, будь проклят ты и твое позволение. Ничего, кроме грога и хороших людей, не может мне позволять что-либо, и я говорю тебе, сэр Френсис Варни, – сказал адмирал в порыве гнева, – что ты грязная неуклюжая собака, и я буду с тобой драться; да, я готов палить из всего: начиная с воздушки и кончая корабельной пушкой.

– В вашу речь, адмирал Белл, позвольте мне сказать, вы включили серьезное обвинение, которого я так не оставлю.

– Ты будешь драться или нет?

– О да. Я буду счастлив услужить вам любым возможным для меня способом. Я думаю, что это также будет ответом на ваше обвинение.

– Тогда все урегулировано.

– Я не придирчив, адмирал Белл, но обычно принципалы не делают предварительные установки сами. Несомненно вы, с вашей славной карьерой и успехами, знаете кое-что о том, как ведут себя джентльмены в таких случаях.

– О, будь ты проклят! Да, я пришлю к тебе секунданта. Да, да, Джек Прингл будет им, хотя у него не подвязан язык так как у тебя, швабра, но он также хорош как моряк, когда-либо ступавший на палубу или стоявший на борту.