Блуждающий в темноте

Просто с остальными я уже познакомился. Я въезжаю в квартиру на втором этаже. – Новоиспеченный сосед поставил коробку на пол и протянул мясистую ладонь. – Робби Грант.

Я пожал руку и, запинаясь, извинился.

– Знаете, что было бы очень кстати? – спросил он. – У меня все вещи в коробках, а я бы убил за чашечку кофе…

Обычно я не спешил знакомиться с соседями, но тут уж ничего не поделаешь – сам напоролся. Я подхватил коробку, и мы поднялись по лестнице. Наоми уже вошла в квартиру. Раздвинула занавески и теперь озадаченно глядела на стремянку возле книжного шкафа.

Я протянул Робби коробку, нашел растворимый кофе и пристроил банку на коробку у него в руках.

– Сразу же верну, – пообещал он, идя к своей квартире. У него был властный вид бывшего полицейского и громковатый голос, который меня слегка раздражал.

Наоми улыбнулась:

– Ну, я же говорила. Старик. Осторожно, не напрыгивай на пенсионеров. А то придется делать искусственное дыхание рот в рот…

Я попытался придумать остроумный ответ, но описанная ситуация была не так уж невероятна, так что я молча сложил стремянку и унес ее в коридор.

– Что-то ремонтировал с утра пораньше? Я не вовремя? – спросила Наоми.

– Ничего подобного…

Наоми наклонила голову набок…

– Так расстроился из-за Сатти, что решил повеситься, – пошутил я.

Наоми не засмеялась.

– Сейчас шесть тридцать утра, констебль, и я не сообщал тебе свой адрес. И в гости не ждал.

– Просто Наоми, – ответила она прохладно.

 – И у тебя больше нет секретов.

Если бы это было так, то я, возможно, уже сидел бы в тюрьме.

Мы уставились друг на друга, но тут вернулся Робби с банкой кофе и начал болтать о чем-то из вежливости.

– Пресс-конференция через час, – перебила его Наоми. – Нам пора идти.

– Кто из вас главный? – спросил Робби.

Я посмотрел на Наоми, которая прошла мимо нас, стуча «мартенсами» по деревянному полу:

– Все сложно.

2

– Вся полиция сегодня скорбит, и мы твердо намерены провести полномасштабное и всестороннее расследование.

Не оставив ни единой возможности скрыться ни убийце, ни возможным соучастникам или пособникам… – Старший суперинтендант Чейз обвела взглядом аудиторию. – Всем спасибо.

Окончание заявления для прессы было встречено вспышками и щелканьем затворов фотокамер. Чейз сохраняла невозмутимый вид. По одну руку от нее сидел суперинтендант Паррс, по другую – главный констебль Крэнстон.