Последние войны

– Началась она, положим, не плохо, – сказал Игорь, очевидно намекая на то, что они пили виски всю дорогу из Москвы, – а вот продолжение у нее, конечно, не очень хорошее. Но в первый раз что ли такое случается? Не беспокойся. И на этот раз все будет хорошо, – начал он успокаивать Сергея.

И как ни странно оказался прав, потому что стоило ему сказать эти слова, как откуда ни возьмись, появились немец со своим переводчиком, подошли к русским, узнали их о приключившейся беде и пригласили жить к себе – в тот дом, где мучился от отравления коллега.

Они еще не успели распаковать ящики, так что Сергей с Игорем застали коллег как раз за этим занятием. Отравленный оператор каждый раз болезненно морщился, когда из ящиков доставали очередную коробку с едой, и отворачивался к стенке лицом, а тело его при этом начинало сотрясаться в спазмах. Ему бы порадоваться баварским сосискам и немецкому пиву, которые он так давно не видел, но сейчас даже не от запаха, а от одного слова «еда» – ему опять пришлось бы бежать в туалет.

Штефан ворчал себе что-то под нос о том, что вот готовил сюрприз приятный коллеге, а тот его не оценил. В основном в ящиках были пакеты с сухим супом, лапша, сушеное мясо – то, что может долго храниться без всякого холодильника, а помимо этого множество необходимых в повседневной жизни предметов, без которых в походе все-таки можно обойтись.

– Мы сейчас быстренько все разберем и покушаем, – говорил Штефан, точно извинялся перед гостями, что пока не может уделить им должного внимания.

Сергей с завистью смотрел на это богатство, ведь ему то и спать было практически не в чем и не на чем. Из ящиков появлялись угощения, которые надо было съесть в первую очередь. Сергей с Игорем добавили к этому пластиковую бутылку, водрузив ее поверх стола.

– Вода? – спросил Штефан, увидев ее, – так много воды? Правильно. Здесь вода плохая, наверное.

– Это не вода, – сказал Сергей.

– Не вода? – переспросил Штефан, задумчиво и в ту же секунду он догадался, что содержится в бутылке, – аааа, – протянул он, хитро улыбаясь, – шнапс?

Он заторопился, ящики не разобрал до конца, да и не было смысла этого делать.

Этот вечер и следующий они, между тостами за дружбу между народами, обсуждали, что будут делать дальше. Ехать одним или даже двумя группами было слишком опасно.