Исчезновение. Дочь времени. Поющие пески

Решительным, но грациозным движением она ступила в комнату, каблучки ее крошечных туфелек простучали по паркету…»

– Никаких каблуков.

– Что ты говоришь?

– Никаких каблуков.

– Почему?

– Она только что играла в теннис.

– Она могла переодеться, не так ли? – произнесла Лавиния с холодком в голосе, что было ей так несвойственно.

– Не думаю, – терпеливо возразила Лиз. – У нее все еще ракетка в руках. «Она прошла по террасе, слегка помахивая ракеткой».

– О, ну и пусть! – взорвалась Лавиния. – Спорю, она даже играть в теннис не умеет! На чем я остановилась? «Она вошла в комнату… она вошла в комнату, ее белая юбка развевалась» – нет, нет, подожди – «она вошла в комнату»… О, к черту Сильвию! – крикнула Лавиния, швыряя на стол свой изжеванный карандаш. – Какое кому дело, что делает эта идиотка! Пусть остается стоять в дверях и умрет от голода!

– В чем дело, тетя Вин?

– Не могу сосредоточиться.

– Вы чем-то обеспокоены?

– Нет. Да. Нет. Да, по крайней мере, думаю, что близка к этому.

– Не могу ли я помочь?

Лавиния запустила пальцы в воронье гнездо, выудила оттуда карандаш и удовлетворенно посмотрела на него:

– Смотри-ка, вот где мой желтый карандаш. – Она сунула его обратно в прическу. – Лиз, дорогая, не подумай, пожалуйста, что я вмешиваюсь или что-нибудь такое, но ты, случайно, немного не… не испытываешь чего-то к Лесли Сирлу? А?

Лиз подумала, как это похоже на ее тетку – употребить такой старомодный эдвардианизм, как «испытывать что-то».

– Если под «испытывать что-то» вы имеете в виду «влюблена», успокойтесь, я не влюблена.

– Не знаю, то ли это, что я имею в виду. Если уж на то пошло, магнит любить не станешь.

– Что?! О чем вы говорите?

– Не полюбить, нет, не настолько. Плениться. Он восхищает тебя, ведь правда? – Она произнесла это не вопросительно, а утвердительно.

Лиз подняла голову, посмотрела в обеспокоенные детские глаза и, уклоняясь от ответа, спросила:

– Почему вы так думаете?

– Наверное, потому, что и я чувствую то же самое, – ответила Лавиния.

Это было так неожиданно, что Лиз потеряла дар речи.

– Я очень жалею, что пригласила его в Триммингс, – продолжала Лавиния с несчастным видом.