Путь длиною в смерть

Не доходя до порога, девушка ощутила, как ноют кости, ушибы и ожоги дали о себе знать почти сразу же, а ноги попросту отказались идти дальше. Позволив себе, наконец, быть слабой Илва рухнула на колени перед женщиной, плечи ее сотрясались в горьком плаче. Арне опустилась на колени подле нее, прижимая голову девочки к своему плечу, и осторожно поглаживая по грязным спутавшимся космам.

– Святой Один, живая! Али призрак предо мной?

Девушка и правда выглядела как тонкая измученная оболочка прежней Илвы, и чувствовала себя крайне опустошенной.

Сквозь всхлипывания, успокоенная теплотой родного тела, она прошептала лишь одно слово, которое значило теперь намного больше.

– Жива.

Глава 8. Сочувствие перьям

На следующий день, когда каждый из воинов немного пришел в себя, друзья собрались в доме ворожеи, попивая терпкий насыщенный чай. Он мягко лился с губ в гортань, стекая в желудок и обволакивая его жаром, каждый глоток дарил восстановление.

Никто из присутствующих не решался нарушить молчание, Симона терпеливо ждала, когда хоть кто-то достаточно смелый начнет свой рассказ.

Взгляд видящей блуждал от Кии, Хэльварда, до Илвы и наконец, задержался на Иваре. Едва заметно женщина покачивала головой, подмечая разлившиеся синяки и ссадины, а так же свежий ожег на щеке дочери. Киа не выдержала первая.

– Дак чо, чо енто было то, а? Не томи, Илва.

Девушка подняла уставший взгляд на воинственную подругу. Хэльвард бросил в ту осуждающий взгляд.

– Хэльвард…

Ульве сделала паузу, чтобы обратить внимание мужчины на себя.

Его лицо смягчилось, когда она произнесла его имя.

– Перед самым… Походом, ты рассказал мне о старом берсерке, помнишь?

У Кии округлились глаза. Она шлёпнула себя ладонью по колену, расплескав немного напитка из кружки.

– Да ладно? Хошь сказать это был он самый? Бьерн Косматый??

Илва кивнула, уставившись в свою кружку, поглаживая пальцами влажные от губ следы по кромке. Со вчерашнего вечера она так и не смыла с рук краску, и та вся размазалась.

– Я думал, енто все сказки таки.

Ища поддержки у Арне, то ли спросил, то ли сказал мужчина.

– Ты чо, сбрендил?! Зачем про это девочке малой рассказывал? И когда тока успел??

Перебил их Ивар, насупившись.

– Старые сказки и былины самые точные. В них пишут все, чо сами видели. Нет в них лжи.

Пояснила старая женщина, делая еще глоток чая.

– Он все сделал верно.