Убежище страсти

Изумрудные глаза, спутанная шевелюра и такая сексуальная двухдневная щетина на скулах. Боже, чем она обязана визиту Джонаса Холстеда в восемь утра?

Кэт медленно села на диване и нахмурилась, увидев, что Тэсс намерена уйти. Стало быть, моральной поддержки не будет. Подруга только пожала плечами.

– Мне пора. Я опаздываю на работу. Извините, – сказала Тэсс и вышла.

Извините? Но Тэсс совсем не выглядела виноватой. Кэт спустила босые ноги на пол и поднялась с дивана. Ну и видок, должно быть, у нее, подумалось Кэт, когда она увидела смеющиеся глаза Джонаса.

– Что вы здесь делаете? Как вы меня нашли? – с вызовом спросила она.

Джонас вынул чек из заднего кармана и положил его на кофейный столик.

– Тысяча четыреста. За платье, которое я испортил.

Проклятая Сиена. Кэт надеялась, что та будет держать язык за зубами. Взглянув на чек, Кэт решила прикинуться дурочкой.

– Не понимаю, о чем это вы?

Джонас засунул руки в карманы и уставился на нее.

– Ну-ну, как бы не так. Вы взяли напрокат дизайнерское платье и собирались его вернуть.

Я оторвал бирку, что, по словам Сиены, было очень глупо. Вы попали на тысячу четыреста баксов. Я снимаю вас с крючка. Вот чек.

Кэт переводила взгляд с чека на решительное лицо Джонаса и обратно. Боже, как же ей хотелось взять чек. Ведь это он во всем виноват. И он может позволить себе заплатить.

Но это дарение, а Кэт никогда не принимала пожертвований. Особенно от альфа-самцов, разбрасывающихся деньгами, словно это конфетти.

Кэт была сыта по горло финансовыми играми отца и бывшего мужа. Кэт покачала головой:

– Я не стану обналичивать ваш чек.

Джонас изумленно взглянул на нее.

– Что?

– Я не приму ваших денег, – медленно сказала она, словно говорила с трехлетним малышом. – Я решила оставить платье, зная о том, что не смогу расплатиться за него, если что-то пойдет не так.

– Моя это проблема, черт возьми, – огрызнулся Джонас, сверкнув зелеными глазами. – Мне не следовало проявлять подобную дерзость и отрывать бирку.

– Возможно, но денег я не возьму все равно, – упрямо ответила Кэт.

– Считайте, что это чаевые, – предложил Джонас, проявляя не меньшее упрямство.

– Слишком поздно, – сказала Кэт. – Спасибо за предложение, но мой ответ – нет.