Запретный плод

Сначала порог переступила артистичная рыжеволосая девушка, которая бросила взгляд на Джеймса, отчасти упрямый, отчасти завороженный – что-то там явно назревало, – а потом Ной сфокусировался на фигурке в дверях.

– Извините, что заставила вас ждать. Привет, Джеймс.

Джеймс Моро резко обернулся, тут же пересек комнату и заключил Морган в объятия. Белокурая головка Морган легла ему на грудь, она прикрыла глаза и тоже обняла брата. Потом она взмахнула ресницами и посмотрела прямо на Ноя – уже абсолютно спокойно – чистыми зелеными глазищами, и теперь настал его черед ощутить себя уязвимым… как будто она расколола его скорлупу, раскрыла и могла свободно считывать каждую его мысль, каждую эмоцию, каждую крупинку страха.

– Ной, – сказал Джеймс, положив руку на напряженную спину Морган и подталкивая ее вперед, – не знаю, помните ли вы мою сестру Морган.

Еще бы не помнить, ведь образ этой обнаженной красавицы навсегда отпечатался на сетчатке моих глаз.

Губы Ноя изогнулись дугой, и когда Морган зыркнула на него, ему вдруг подумалось, что она прочла ход его мыслей.

– Конечно. Приятно снова видеть вас, Морган, – сказал он самым невозмутимым тоном, на который только был способен.

Кстати, мне бы хотелось, чтобы ты была голенькой.

– Ной, – произнесла Морган. Прищурилась и одарила его взглядом «ты мерзкая букашка, и я с радостью раздавила бы тебя каблуком».

Что у нее за проблемы? Неужели она все еще злится на него за то, что он отказал ей? Да ладно тебе, это было восемь лет назад – все давно прошло и забылось.

Ной с честью выдержал это испытание. Он еще в армии отточил свой взгляд «лучше-не-связывайся-со-мной», под которым дрожали не только новобранцы, но и вояки рангом повыше. Когда лицо Морган начало заливаться краской, он понял, что выиграл битву характеров. По крайней мере, в этот раз.

– Присаживайтесь, пожалуйста.

Ной вернулся к столу и отодвинул стул, приглашая Морган сесть рядом с ним. Она прищурилась, выдвинула стул еще на пару дюймов в знак неповиновения и упала на него.

– Итак, первый пункт нашего плана… – произнесла Ханна звонким бесстрастным голосом, когда все расселись по местам и в ожидании воззрились на нее. – Я перекладываю всю ответственность за бал на тебя, Морган, и это не обсуждается. Сделай так, чтобы я могла гордиться тобой.