Большая вода

«Знаете, мне кажется, я уже вполне здоров и готов это сделать».

«Хорошо, я сейчас предупрежу её об этом. А вы пока оденьтесь, ваши просушенные вещи лежат на стуле рядом с кроватью», – немного подумав о чём-то барышня поспешила удалиться из комнаты.

Бальтазар, встав с постели, начал неторопливо одеваться, в его голове пронеслись события вчерашнего дня, а также причина, по которой он попал в этот дом. Вчера он был на волоске от смерти, и если бы не его спасители, то она была бы неминуемой. Теперь он обязан жизнью этим людям.

Надев штаны и рубаху, он поторопился осмотреть бекешу, которая также лежала на стуле. Вывернув её наизнанку, он стал трогать подкладку и вскоре почувствовал рукой предмет, похожий на сложенное в несколько раз письмо. Нащупав этот предмет, юноша отложил пальто, обул сапоги и вышел из комнаты, где ему повстречалась Дарья вместе с горничной.

«Вы готовы?» – спросила она.

«Да, как зовут вашу матушку?»

«Ольга Николаевна».

«Вы меня проводите?»

Они прошли большой коридор и встали перед полуоткрытой дверью.

Дарья вошла первой, за ней с улыбкой на лице вошёл Бальтазар. В просторной столовой, одна за широким столом, сидела купчиха 2-й гильдии Ольга Николаевна Карасёва.

Ещё в конце 18-го столетия эта купеческая фамилия получила право заниматься делом государственной важности – куплей и продажей соли. Деятельность имела стратегическое значение для государства, так как соль из мест её добычи должна была попасть на внутренний рынок, разойтись по региональным центрам, остальное уйти на экспорт в другие страны, в значительной степени через порты Санкт-Петербурга.

Суммы сделок достигали десятков тысяч рублей, обороты были значительнейшими. Для перепродажи соль покупалась целыми баржами и доставлялась водным путём в город, где в дальнейшем разгружалась в порту. Для этого нанимались люди, живущие в посаде, или крестьяне, приходившие в город на заработок. Соль разгружалась прямо на берег и в дальнейшем свозилась и укладывалась в амбары.

Со строительством железной дороги, проходившей сквозь город, транзитная торговля по водным артериям угасла, и купеческая семья Карасевых перешла из первой гильдии во вторую.

Однако, семейное благосостояние получилось сохранить и даже в некоторой степени приумножить. Отцом Дарьи был куплен свечной завод, в селе близ города, который приносил до тридцати тысяч рублей в год. Также были открыты сразу несколько лавок: колониальной и хлебной торговли.