Тринадцать

– А у улиток есть зубы, – заявил учитель. Он ходил взад и вперёд перед классом. Его начищенные туфли легонько цокали по полу. – На самом деле у улиток тысячи зубов. А у некоторых видов до четырнадцати тысяч.

Повисла пауза. Ученики начали перешёптываться.

– Что происходит, – удивился Мигель Родригес.

– Кто этот парень? – прошипела Шерил Джонс с заднего ряда.

– Это что, в честь Хэллоуина? – предположил Ной Хейт.

Хейзел снова повернулась к Аве и увидела, что глаза её лучшей подруги сузились. Хейзел знала, что Ава ненавидит Хэллоуин.

Дома с привидениями, ужастики, страшные розыгрыши. Всё это она терпеть не могла. Она называла Хэллоуин «худшим из всех праздников». Если всё это было в честь Хэллоуина, Аве бы это не понравилось. Ни капли.

– Летучие мыши, – продолжал учитель, – единственные млекопитающие, которые умеют летать.

«Летучие мыши, – подумала Хейзел, – так это всё-таки про Хэллоуин».

Она подняла руку.

– Извините, – прервала она. – Но кто вы, собственно, такой?

Несколько детей хихикнули.

– Я подменяющий учитель, – ответил бородатый мужчина. – Меня зовут Уолтер Фернсби, но вам, пожалуй, следует называть меня мистер Фернсби.

«Уолтер Фернсби, – Хейзел прокрутила в голове, – какое-то стариковское имя».

Но учитель не выглядел старым. У него была гладкая бледная кожа и ровные белые зубы.

Он взял синюю папку со стола мисс Джейкобсон и поднял её перед собой.

– Я вижу, – заговорил он, покачивая папкой, – что мисс Джейкобсон хотела бы, чтобы я преподал вам сегодня урок о различных частях клеток.

Он положил папку обратно.

– Но, – продолжил мужчина, подавшись вперёд и понизив голос, – держу пари, у вас и так уже было полно занятий по клеткам.

Он улыбнулся.

Хейзел склонила голову. Это правда, она отсидела, наверное, десятки уроков о клетках или даже сотни. Но что этот учитель имеет в виду? Куда он клонит?

Хейзел оглядела ряды своих одноклассников. Вокруг неё воздух гудел от волнения. Был Хэллоуин, и что-то происходило. Что-то непривычное.

Мигель Родригес вовсю улыбался. В первом ряду Ной Хейт выпрямился по струнке. Даже Мари Куниюки отложила карандаш и перестала рисовать в блокноте.

Однако рядом с Хейзел Ава по-прежнему постукивала карандашом по парте. На прошлый Хэллоуин они с Авой пошли в один из типичных кукурузных лабиринтов с привидениями, и через пять минут Ава расплакалась. В конце концов она уселась на землю, зажмурив глаза и зажав уши руками.

Хейзел обняла её и вывела оттуда.