Тринадцать

Он позволит этому продолжаться пару недель – слухам, вопросам, поворотам головы – и начнёт хранить её фотографию в верхнем ящике комода дома. Вскоре все забудут о Селесте. В конце концов это средняя школа. Сплетни постоянно закручивались, гудели в воздухе и угасали. Его одноклассники, вероятно, забудут о Селесте уже через пару часов, когда танцы в честь Дня святого Валентина разожгут множество новых тем для разговоров.

«Танцы в честь Дня святого Валентина», – ужаснулся Лукас. Что ему делать с этим?

Прозвенел звонок.

– Класс, – она призвала к вниманию. – Прежде чем мы начнём, я хотела бы представить новую ученицу, которая только что к нам присоединилась. Её перевели сюда из Ист Джордан на другом конце города.

Лукас оторвался от тетрадки. Рядом с миссис Уоллес стояла…

«Нет», – не верил Лукас, – этого не может быть». Но это было так. Он смотрел на её фотографию тысячу раз. Он знал её кожу, её глаза, её волосы. Это определённо была она.

Селеста.

На ней была та же одежда, что и в рекламе – красная юбка, чёрная толстовка с капюшоном.

Грудь Лукаса сжалась. Это была Идеальная девчонка. Здесь, в его классе. Он не мог в это поверить. Он сможет встретиться с ней, поговорить с ней, узнать её настоящее имя и, возможно, даже сделать с ней совместный научный проект, и однажды…

«О, нет». Мальчик содрогнулся. «Её настоящее имя».

Невежда Коул видел фотографию Селесты. Он знал, как она выглядит. Он сидел прямо за Лукасом и вот-вот должен был узнать правду – что Лукас действительно просто вырвал фотографию из рекламы «Дженсон Треворс» и дал «Селесте» выдуманное имя, и жизнь.

Через несколько секунд миссис Уоллес назовёт всем настоящее имя Идеальной девчонки, и тогда Коул – болтун Коул – узнает.

Все узнают.

– Я прошу вас тепло поприветствовать… – проговорила миссис Уоллес, и время, казалось, замедлило свой ход. Лукас почувствовал, как кровь прилила к ушам. – …вашу новую одноклассницу… Селесту.

Лукас встряхнулся. «Селесту?» Неужели миссис Уоллес только что сказала, что Идеальную девчонку зовут Селеста? Он повернулся к Коулу.

Коул таращился на него, разинув рот.

– Твоя девушка! – прошептал он.

– Я хочу, чтобы вы все сегодня были особенно добры к Селесте, – продолжала миссис Уоллес. – Переводиться в школу, полную незнакомцев, может быть очень непросто. Особенно в День святого Валентина.

Селеста заговорила, её голос был ровным и медленным.