Самая роскошная и настойчивая

Народу довольно много, и все женские лица скрывались за шляпами, бейсболками и солнечными очками. И как ее теперь найти?

Подходить к каждой женщине и наклоняться над ней, как полный извращенец. Отлично. Как раз то, что нужно.

Росс решительно ступил на горячий песок, который тут же забился в шлепанцы, и пошел к той части пляжа, где людей больше всего. Взглянув на океан, он увидел женщину, как раз выходившую из воды.

Он узнал это тело мгновенно. Помнил, как оно вздрагивало под его руками вчера вечером. Талия, которую он мог обхватить двумя ладонями.

У него сжалось сердце. Она безумно, невероятно, невозможно прекрасна. И он все еще хочет ее. И возможно, сделал бы все, чтобы заполучить. Хотя бы на ночь. На пару ночей. Но этого никогда не будет, потому что он вел себя как полная задница.

Черт.

Росс купил две бутылки воды, открутил пробку у одной, отпил и храбро двинулся к ней.

– Извини.

Она приняла бутылку и язвительно улыбнулась.

– Полагаешь, достаточно бутылки воды и дурацкого «извини»?

– Нет. Но подумал, что стоит попробовать. – Он взял у нее бутылку, открыл и снова отдал ей. – Я выпалил первую глупость, что пришла мне в голову, совершенно не думая. Обычно я так не делаю. Как только это сказал, тут же захотелось запихнуть свои слова обратно в свой идиотский рот.

Алли склонила голову. Черт, у этой женщины взгляд, словно рентген. И почему это так возбуждает?

– Тогда почему ты пошел со мной в номер?

Да что она, издевается?

– Ты вообще смотришь на себя в зеркало? Да потому, что ты неотразимо сексуальна. – Он вздохнул. – Мужчины примитивные существа, Джонс. Когда они слышат «давай займемся сексом», все остальное вылетает у них из головы. От тебя бы и святой не смог отказаться, а уж я-то далеко не святой.

– Это точно.

Она вытащила солнечные очки «Бельшье» в тонкой оправе, очень сексуальные, надела их и запрокинула голову, опираясь на локти. Ее кожа все еще блестела от капелек воды. Россу захотелось собрать их губами, поцеловать ее плоский животик, попробовать на вкус выступающие косточки на бедрах.

– Прекрасный день, – пробубнил он.

– Замечательный.

– Прости меня.

– Тебе нужно поработать над манерой извиняться, Беннетт.

Чистая правда.