Ожившее желание

Вчера вечером он тренировался дольше обычного, надеясь, что физическая нагрузка обеспечит ему хороший ночной сон. Отчасти это помогло – он спал четыре часа, но потом его разбудил Шоу, которому приснился кошмар. Потребовался целый час, чтобы успокоить своего сына, но когда Шоу уснул, Линцу уже не хотелось спать.

– Гари попросил меня переехать к нему, – сказала она.

Линц удивился:

– Ты хочешь покинуть «Берлогу»? Но почему так скоро?

Джо закатила глаза.

– Мы с ним вместе более шести месяцев, Линц, поэтому перестань вести себя так, будто мы познакомились две недели назад! Он тебе нравится, ты мне так сказал.

«Это было до того, как он заставил тебя уйти из семьи», – подумал Линц. Всякий раз, когда Джо упоминала Гари, ее глаза светились, а щеки краснели. Если бы Линц верил в любовь и подобную чепуху, то сказал бы, что его мать влюблена в экс-банкира. Но в любовь он не верил, поэтому видел перед собой двух интеллектуально и социально совместимых людей, которые просто наслаждались друг другом. По правде говоря, ему до сих пор не нравилось, что Джо предпочла быть с Гари, а не с Шоу – своим внуком, с которым она помогала Линцу с тех пор, как мальчику исполнилось шесть недель.

– Я думаю, мы в конце концов поженимся, но я… – Джо потерла лоб кончиками пальцев. – Я прожила в «Берлоге» двадцать пять лет, и мне она нравится, но теперь я хочу иметь свой дом, Линц. И мы хотим путешествовать. – Она подняла на него встревоженные глаза. – Ты знаешь, я люблю Шоу, и я с радостью тебе помогала. И я по-прежнему хочу тебе помогать, но…

– Ты не желаешь делать это каждый день, – сказал Линц, и Джо кивнула.

Линц выругался. Его мать выбрала неподходящее время, чтобы уйти. Ему следовало управлять огромной компанией. Он занимался ребрендингом бизнеса, думал об инвестировании в алмазную шахту в Ботсване, хотел приобрести шахту в Колумбии, собирался открывать новые магазины в Абу-Даби и Барселоне, обновлять ассортимент магазинов в Гонконге, Лос-Анджелесе и Токио.

Его деловая жизнь была крайне напряженной постоянно.

– Я так долго забочусь о детях. – Джо пожала хрупкими плечами. – Мне почти шестьдесят, Линц. Я хочу повеселиться, отдохнуть, попутешествовать.