Танец с драконами

Вороны смотрели на него с деревьев, волки доедали добычу за ним: сначала одноглазый, потом волчица, потом молодой. Теперь они сделались его стаей.

«Нет, – прошептал мальчик, – у нас своя стая. Леди мертва и Серый Ветер скорее всего тоже, но где-то живут Нимерия, Лохматый Песик и Призрак. Помнишь Призрака?»

Падающий снег и кормящиеся волки начали меркнуть. Тепло касалось лица материнскими поцелуями. «Огонь, – отметил про себя мальчик, – дым». Нос дернулся от запаха жареного. Лес пропал окончательно: он снова был в длинном доме, в искалеченном теле, и смотрел на огонь.

Красное мясо, которое поворачивала над пламенем Мира Рид, шипело и плевалось жиром.

– Чуть ужин не проспал, – сказала она. Бран протер глаза, оперся на стену, сел. – Разведчик принес свинью.

Ходор жадно поедал свою долю, бормоча «ходор, ходор». По бороде у него текли кровь и жир, меч он положил на пол рядом с собой. Жойен откусывал от свиной ноги по кусочку, тщательно их прожевывая.

Холодные Руки стоял у двери с вороном на руке.

В двух парах черных глаз отражалось пламя. «Он ничего не ест и боится огня», – вспомнил Бран.

– Ты же сказал, что огонь нельзя зажигать, – сказал он разведчику.

– Здесь его прячут стены, да и рассвет близко. Скоро отправимся.

– Что случилось с теми людьми? С врагами?

– Они больше не опасны.

– Кто это был, одичалые?

Мира перевернула мясо другой стороной, Ходор жевал и глотал, не переставая бубнить, – только Жойен, кажется, понял, что здесь происходит.

– Это были враги, – ответил Холодные Руки.

«Люди Ночного Дозора».

– Ты их убил. Ты и вороны. У них лица изодраны, глаза выклеваны.

Холодные Руки ничего не стал отрицать.

– Это были твои братья, я видел. Волки сорвали с них всю одежду, но она была черная. Как твои руки.

Разведчик молчал.

– Кто ты? Почему у тебя руки черные?

Разведчик посмотрел на них так, будто видел впервые.

– Когда сердце человека перестает биться, кровь застаивается в руках и ногах.

 – Голос звучал еле слышно, такой же изможденный, как сам разведчик. – Они пухнут и чернеют, а все остальное тело становится белым, как молоко.

Мира Рид встала, держа в руке лягушачий трезубец с насаженным на него мясом.

– Покажи нам свое лицо.

Разведчик не шелохнулся.

– Он мертвый, Мира. – Горло Брану обожгла желчь. – Старая Нэн говорила, что нежить из-за Стены не может пройти сюда, покуда Стена стоит и несут свой дозор люди в черном.