Танец с драконами

Радостные слезы выступили у него на глазах, в животе заурчало. На третьем укусе крыса перестала дергаться, и он ощутил нечто сходное с удовольствием.

Потом за дверью темницы раздались голоса, и он замер, не смея ни жевать дальше, ни выплюнуть. Слыша, как звенят ключи и шаркают сапоги, он просто оцепенел от ужаса. О нет, милостивые боги, не надо. Он так долго ловил эту крысу. Теперь ее отберут, расскажут обо всем лорду Рамси, и тот сделает ему больно.

Спрятать бы добычу, но очень уж есть хочется. Два дня как не ел, а может, и три – поди разбери здесь во тьме.

Руки-ноги исхудали и сделались как тростинки, зато живот раздулся, болит и спать не дает. Закроешь глаза, и сразу вспоминается леди Хорнвуд. Лорд Рамси после свадьбы запер ее в башне и уморил голодом. Она съела свои пальцы, прежде чем умереть.

Присев на корточки в углу, он стал пережевывать мясо оставшимися зубами, стараясь поглотить как можно больше, пока дверь не открыли. Крысятина жилистая, но и жирная тоже – того и гляди стошнит. Он жевал, глотал, выбирал из десен мелкие кости.

Они причиняли ему боль, но остановиться не давал голод.

Звуки становились все громче. «Только бы не ко мне!» – взмолился мысленно узник, оторвав крысиную ногу. К нему давно уж никто не ходил – мало ли других узников в подземелье. Иногда он слышал их крики даже сквозь толстые стены. Женщины кричат громче всех. Косточка от ноги, которую он выплюнул, застряла у него в бороде. «Уходите, пожалуйста. Идите себе мимо, не троньте меня».

Но сапоги топали, и ключи гремели прямо за его дверью.

Он выронил крысу, вытер руки о штаны.

– Нет, нет, неееееет! – Скребя каблуками по соломе, он вжался еще дальше в угол, в сырые стены.

Нет страшней звука, когда ключ поворачивается в замке. Узник закричал, когда свет ударил ему в лицо, и зажал руками глаза. Какая боль! Он выцарапал бы их, да смелости не хватает.

– Уберите свет! Сделайте все в темноте! Прошу вас!

– Не он это, – сказал мальчишеский голос. – Посмотри на него. Мы зашли не в ту камеру.

– Как же не в ту, – ответил ему другой мальчик. – Последняя слева, она и есть.

– Правда твоя. Чего он там орет-то?

– Похоже, ему свет досаждает.

– Еще бы. – Мальчишка сплюнул. – А уж воняет от него, задохнуться впору.

– Он крыс жрет, смотри.

– Ага, – засмеялся другой. – Смехота.

А что прикажете с ними делать? Они бегают по нему, грызут пальцы на руках и ногах, порой и в лицо кусают.

– Ну да, ем, – забормотал узник, – так ведь они меня тоже едят.