Танец с драконами. Книга 2. Искры над пеплом

Если еще и сердце доброе, со временем она, может быть, его и полюбит.

Осушив ноги мягким полотенцем, Гиздар снова завязал сандалии и помог Дени встать. Рука об руку они прошли за Зеленой Благодатью в храм, где густо пахло курениями и боги Гиса стояли в своих полутемных нишах.

Четыре часа спустя они вышли оттуда как муж и жена, скованные вместе золотыми цепями по рукам и ногам.

Джон

Королева Селиса прибыла в Черный Замок вместе с дочерью, дочериным шутом, служанками и фрейлинами. Кроме них, ее сопровождали рыцари, присяжные мечи и полсотни солдат – люди королевы все как один.

Их подлинная госпожа, Мелисандра, предупредила о приезде супруги Станниса за день до того, как из Восточного Дозора прилетел ворон с тем же известием.

Джон с Атласом, Боуэном Муршем и еще полудюжиной братьев встречали ее у ворот. К этой королеве, если то, что о ней говорят, правда хотя бы наполовину, без собственной свиты лучше не выходить. Чего доброго, примет его за конюха и велит принять у нее коня.

Метель наконец дала им передышку, уйдя на юг, и стало почти тепло.

Джон преклонил колено перед королевой Селисой.

– Добро пожаловать в Черный Замок, ваше величество.

– Благодарю, – уронила она с высоты седла. – Прошу вас, проводите меня к вашему лорду-командующему.

– Братья доверили этот пост мне, Джону Сноу.

– Вам?! Мне говорили, что вы молоды, но… – Над бледным тонким личиком королевы высилась корона красного золота с зубцами в виде языков пламени – такая же, как у Станниса.

 – Встаньте, лорд Сноу. Это моя дочь Ширен.

– Принцесса, – склонил голову Джон. Девочку, некрасивую от природы, еще больше подпортила серая хворь, покрывшая грубой коркой шею и часть щеки. – Мои братья и я в полном вашем распоряжении.

– Благодарю вас, милорд, – покраснела Ширен.

– С моим родичем сиром Акселлом Флорентом вы, полагаю, знакомы?

– Только по письмам. – Послания из Восточного Дозора создали у Джона весьма нелестное мнение о дяде Селисы. – Сир Акселл.

– Лорд Сноу.

 – Лицо плотного коротконогого Флорента сплошь покрывала жесткая поросль – волосы торчали даже из ушей и ноздрей.

– Мои верные рыцари сир Нарберт, сир Бенетон, сир Брюс, сир Патрек, сир Дорден, сир Малегорн, сир Ламберт, сир Перкин. – Каждый, кого называла Селиса, кланялся. Дурака она не потрудилась представить, но шапка с оленьими рогами и пестрая татуировка на щеках говорили сами за себя. Пестряк – вот как его звать. Коттер Пайк писал, что он и впрямь дурачок.