Медсанбат. Госпиталь. Комедия

– О как? Это так понимаю, «духи» решили бунт устроить, – с ухмылкой сказал сержант Калывяка.

– Никак нет, мы просто просим небольшого послабления, – в один голос сказали парни.

– Вы ничего не попутали, «духи»? – возмущённо сказал сержант Калывяка.

– Так, отложим наш разговор до вечера, а сейчас пошли на ужин, – добавил сержант Байда.

– Драный, становись на тумбочку, а вы за нами на ужин, – сказал сержант Калывяка.

– Есть, товарищ сержант! – в один голос сказали парни.

Юрий заступил на тумбочку, а Лев и Александр спустили по ступенькам вниз на первый этаж инвалидную коляску с сержантом Калывякой, после чего они все пошли на ужин в госпитальную столовую.

– Слушайте меня, бойцы: бегом в роту менять дневального, в столовой пусть долго не торчал. И ещё когда мы вернёмся, чтобы всё в расположении блестело, как у кота яйца.

– Никак нет! – в один голос произнесли парни.

– Бегом в роту! – возмущённо добавил сержант Калывяка. Он направился к водоему, где сидели на лавочке их товарищи из первой роты – тоже «дедушки», по армейским меркам, – а бойцы поспешили в расположение роты. Лев подменил на время ужина Юру.

Сержанты вернулись в роту перед отбоем не одни: с ними пришли ещё три сержанта из первой роты. Они прошли в расположение роты, где была чистота и полный порядок.

– Ого, сержант Байда, я восхищён! – пробормотал один из сержантов первой роты.

– А у вас роте бардак и грязь? – поинтересовался сержант Калывяка.

– Да, нет, чисто, только «духов» нет, есть трое, но они торчат в хирургии, утки выносят, – в ответ сказал один из сержантов первой роты.

– Боров, как всё запущено у вас! – подметил сержант Байда.

– А вы что хотели? У нас в роте всего двадцать человек: десять «дедушек», семь «черпаков» и три «духа». Вот так, парни, – сказал в ответ Боров.

– Жалко вас, зато у нас всё наоборот: два «дедушки», один «черпак», остальные – «духи», – с улыбкой ответил сержант Калывяка.

– Желаете посмотреть, как мы воспитываем своих «духов»? – спросил сержант Байда.

– Мы желаем принять участие в их воспитании, – в один голос ответили сержанты первой роты.

Лев стоял на тумбочке, дверь в расположение роты была открыта; он наблюдал, за происходящим в расположении.