Книга Мечей (сборник)

Я вернулась на прежнее место; поднимаю черепицу, которую вытащила две ночи назад, и прижимаюсь глазом к отверстию, чтобы заслонить сквозняк, ожидая, что в любую секунду замаскированные солдаты выпрыгнут из темноты, и ловушка захлопнется.

Я к этому готова.

Но никто не поднимает тревогу и не бьет в гонг. Заглядываю в освещенный зал. Мужчина сидит на прежнем месте, рядом на столике – стопка бумаг.

Напряженно прислушиваюсь, не раздадутся ли детские шаги. Тишина. Мальчика отослали.

Изучаю пол, где сидит человек.

Мужчина сидит в позе лотоса, закрыв глаза, блаженно улыбаясь, словно статуя Будды.

Я тихо кладу черепицу на место и бесшумным ветерком исчезаю в ночи.

– Почему ты не выполнила задачу? – спрашивает Учительница.

Мои сестры стоят за ее спиной, два архата[7 - Архат – в буддизме – человек, вышедший из «колеса перерождений».

– Он играл с ребенком, – отвечаю я. Цепляюсь за это объяснение, как за лиану, раскачивающуюся над пропастью.

Она вздыхает:

– В следующий раз тебе следует первым делом убить мальчика, чтобы не отвлекаться.

Качаю головой.

– Это обман. Он играет на твоем сочувствии. Все власть имущие – актеры, и их сердца – непроницаемые тени.

– Может быть, – говорю я. – Однако он сдержал слово и был готов умереть от моей руки. Думаю, другие его слова тоже могут быть правдивы.

– Откуда тебе знать, может, он столь же честолюбив, сколь и человек, которого хочет очернить? Откуда тебе знать, что он не проявляет доброту на службе будущему большему злу?

– Никому не дано знать будущее, – отвечаю я. – Может, дом и прогнил, но я не желаю быть рукой, которая обрушит его на муравьев, ищущих озеро спокойствия.

Она смотрит на меня.

– А как же верность? Как же повиновение своему учителю? Как же выполнение данных обещаний?

– Мне не суждено красть жизни, – говорю я.

– Такой талант, – говорит она и, после паузы, добавляет: – Загублен.

Что-то в ее тоне заставляет меня поежиться. Потом я смотрю ей за спину и вижу, что Джинджер и Конгер исчезли.

– Если уйдешь, перестанешь быть моей ученицей, – говорит она.

Я смотрю на ее гладкое лицо и добрые глаза. Вспоминаю, как она бинтовала мне ноги, когда я, давным-давно, упала с лиан. Вспоминаю, как она отгоняла медведя бамбуковой рощи, с которым я не смогла справиться.