Буря мечей

 – Вы сказали, что ни одна победа не может быть и вполовину так прекрасна, как я.

Сир Лopac скромно улыбнулся.

– Я всего лишь сказал правду. Это увидел бы всякий, у кого есть глаза.

«Он не помнит меня, – поняла Санса. – Он только старается быть любезным, а сам не помнит ни меня, ни розы, ни всего остального». Напрасно она думала, что в этом есть какой-то смысл – нет, не какой-то, а вполне определенный. Ведь роза была красная, а не белая.

– Это было после того, как вы выбили из седла сира Робара Ройса, – в отчаянии произнесла она.

Он отпустил ее руку.

– Я убил Робара у Штормового Предела, миледи. – Это не было похвальбой – в его голосе звучала печаль.

Его и еще одного рыцаря Радужной Гвардии Ренли. Санса слышала, как судачат об этом женщины у колодца, но потом забыла.

– Это случилось, когда был убит лорд Ренли, верно? Какой удар для вашей бедной сестры.

– Для Маргери? Да, конечно. Впрочем, она была тогда у Горького моста и ничего не видела.

– Все равно, когда ей сказали…

Сир Лорас провел рукой по рукояти своего меча, обтянутой белой кожей, с эфесом в виде алебастровой розы.

– Ренли мертв и Робар тоже. Зачем о них вспоминать?

Резкость его тона ошеломила ее.

– Я… я не хотела вас обидеть, милорд.

– И не могли бы, леди Санса. – Но в его голосе больше не было тепла, и он не стал больше брать ее за руку.

По наружной лестнице они поднимались молча.

Ну зачем ее угораздило упомянуть о сире Робаре? Теперь она все испортила. Заставила его рассердиться.

Ей хотелось сказать что-нибудь, чтобы поправить дело, но все приходившие в голову слова казались ей неуклюжими и вялыми. Уж лучше помолчать, чтобы не сделать еще хуже.

Лорда Мейса с его домочадцами поместили за королевской септой, в длинном здании под сланцевой крышей, прозванном Девичьим Склепом после того, как король Бейелор Благословенный заточил там своих сестер, дабы их вид не внушал ему плотских помыслов. У высоких резных дверей стояли двое часовых в золоченых полушлемах и зеленых плащах с каймой из золотистого атласа, с розой Хайгардена на груди.

Оба были молодцы семи футов ростом, широкие в плечах, узкие в поясе, с великолепными мускулами. Лицом они походили друг на друга как две капли воды – те же крепкие челюсти, синие глаза и густые рыжие усы.

– Кто это? – спросила она сира Лораса, забыв на миг о своем конфузе.

– Личная стража моей бабушки. Их зовут Эррик и Аррик, но бабушка не может их различить и поэтому называет Левый и Правый.