Буря мечей

Должно быть, Серсея потому и заказала его, чтобы Санса на свадьбе не казалась замарашкой. Надо бы сшить еще одно, для свадебного пира, но туда можно надеть и что-нибудь старое. Новое, чего доброго, можно испачкать едой или вином. Она возьмет его с собой в Хайгарден, чтобы Уиллас Тирелл нашел ее красивой. Даже если Донтос прав и ему нужен Винтерфелл, а не Санса, он все-таки может полюбить ее ради ее самой. Санса крепко обхватила себя руками. Когда же платье будет готово? Скорее бы.

Арья

Дожди прошли, но небо чаще было серым, чем голубым, и ручьи сильно раздулись.

– Мы не туда едем, – сказала она Джендри, проезжая мимо особенно мшистого вяза. – Мы едем на юг. Видишь, как мох растет на стволе?

Он откинул с глаз свои густые черные волосы.

– Мы едем по дороге – стало быть, она здесь сворачивает к югу.

Мы весь день едем на юг, хотела сказать она. И вчера, когда мы ехали вдоль ручья, было то же самое.

– По-моему, мы заблудились, – сказала она вполголоса. – Не надо было сворачивать в сторону от реки. Ехали бы по берегу, и все тут.

– Река все время извивается, а так, думаю, короче, – сказал Джендри. – Может, это тайная разбойничья дорога. Лим, Том и прочие здесь уже долго живут, им и знать.

Да, это верно. Арья прикусила губу.

– Но мох…

– От таких дождей он и у нас на ушах скоро вырастет.

– Только если они на юг смотрят, – стояла на своем Арья. Ну, да Быку разве что втолкуешь. Все равно он ее единственный настоящий друг теперь, когда Пирожок их бросил.

«Шарна говорит, чтобы я остался и пек ей хлеб, – сказал он Арье в день отъезда. – Да мне и самому надоели дожди и седельные болячки, и бояться тоже надоело. Тут есть эль и крольчатина, а хлеб станет лучше, когда им буду заниматься я. Сама увидишь, когда вернешься. Ты ведь вернешься, правда? Когда война кончится? – Тут он вспомнил, кто она, покраснел и добавил: – Миледи».

Арья не знала, кончится ли война когда-нибудь, но кивнула.

– Ты извини, что я тогда побила тебя, – сказала она. Пирожок, конечно, глуп и трусоват, но он проделал с ней весь путь от Королевской Гавани, и она к нему привыкла. – И нос тебе сломала.

– Лиму ты его тоже сломала, – ухмыльнулся Пирожок. – Здорово это ты.

– Лим так не думает, – мрачно сказала Арья, и тут настало время уезжать.