Битва королей

Он гнался за конем, сверкая тощими бледными ногами, и его мужское естество непристойно болталось. Зрители покатывались со смеху, выкрикивая оскорбления. Ухватив коня за уздечку, сир Донтос попытался сесть на него, но скакун не желал стоять смирно, а рыцарь был так пьян, что никак не мог попасть босой ногой в стремя.

Все уже просто изнемогали от смеха… все, но не король. Сансе было хорошо знакомо выражение в глазах Джоффри – такой же взгляд был у него, когда он в Великой Септе Бейелора приговорил к смерти лорда Эддарда Старка.

– Сдаюсь! Принесите мне вина.

Король встал:

– Подать сюда бочку из подвалов! Сейчас мы утопим его в ней.

– Нет, так нельзя! – вырвалось у Сансы. Король повернул к ней голову:

– Что ты сказала?

Санса не могла поверить в собственную глупость. С ума она, что ли, сошла – сказать королю «нельзя» перед половиной его двора? Она и не хотела ничего говорить… но ведь сир Донтос, пьяный, глупый и никчемный, не сделал никому зла.

– Ты сказала «нельзя»? Я не ослышался?

– Прошу вас, ваше величество… я хотела только сказать, что это было бы дурным знаком… убивать человека в день ваших именин.

– Лжешь. Тебя следует утопить вместе с ним, если он так тебе дорог.

– Он мне ничуть не дорог, ваше величество, – отчаянно лепетала она. – Топите его, рубите ему голову… только умоляю, сделайте это завтра, а не сегодня, не в ваши именины.

Джоффри помрачнел. Он понимал, что она лжет, он это видел. Он заставит ее поплатиться за это.

– Девушка верно говорит, – вмешался Пес. – Что человек посеет в свои именины, то пожинает весь год. – Он говорил равнодушно, словно его вовсе не заботило, верит ему король или нет. Правда ли это? Санса не знала. Сама она сочинила это только что, чтобы избежать наказания.

Джоффри, недовольно поерзав на сиденье, щелкнул пальцами в сторону сира Донтоса.

– Убрать его. Я казню этого дурака завтра.

– Вот-вот – он дурак, – сказала Санса. – Ваше величество очень тонко это подметили. Ему больше подходит быть дураком, чем рыцарем, правда? Его следует одеть в шутовской наряд и заставить веселить вас. Он не заслуживает такой милости, как быстрая смерть.

Король пристально посмотрел на нее.

– А ты, пожалуй, не так глупа, как говорит матушка. – Он возвысил голос.