Художница проклятий

Огромный пес последовал за ней, продолжая прокрывать ее слюнявыми поцелуями и топча одеяла своими массивными лапами.

– Уйди прочь, – пробормотала она.

Вместо того, чтобы послушаться, пес описал вокруг нее круг и устроился на ее коленях, подобно котенку-переростку. Он поднял на Брайер взгляд, полный жалости и печали. На блузку девушки потекли длинные слюни. Ноги Брайер начали неметь от веса собаки.

– Тебе стоит быть осторожнее с Шерифом. Он очень любвеобилен.

Брайер вздрогнула при упоминании человека, который приказал казнить ее.

Арчер с колчаном и луком за плечами сидел на корточках в нескольких шагах от одеял Брайер. Он энергично почесал морщинистую морду пса.

– Да ладно тебе, я уверен, она не хотела тебя обидеть, Шериф, старина.

Брайер вытерла лицо своим колючим одеялом.

– Ты назвал свою собаку Шерифом?

– Мне показалось, что это остроумно, – Арчер встал и бодро захлопал в ладоши. – Вставайте, поднимайтесь, мисс Художница. У нас впереди долгая дорога.

Брайер с трудом поднялась на ноги, стеная от боли, потому что каждая мышца в ее теле напоминала девушке о том, что она вчера упала с дерева. Брайер плохо спала, поскольку не могла полностью расслабиться в окружении незнакомцев. Она сделала несколько нетвердых шагов.

Арчер насмешливо изогнул темную бровь.

– Я так понимаю, ты не ранняя пташка.

Она проворчала что-то неразборчивое в ответ.

– Не обращай на него внимания, – сказала Джемма, направляясь к ним с двумя дымящимися кружками.

Брайер уловила запах крепкого чая.

– Большую часть времени он невыносимо жизнерадостен, но по утрам это особенно бесит.

Брайер с благодарностью приняла чай. Морщины на лице Джеммы в утреннем освещении казались чуть глубже, чем при свете костра. В густых светлых волосах женщины мелькали серебряные пряди.

– У нас есть километры, чтобы их преодолеть, люди, которых нужно ограбить, и леди, которых нужно спасать, – сказал Арчер. – Чему тут не радоваться? Пойдем, Шериф. Я вижу, что на этих двоих не стоит тратить наше с тобой обаяние.

Брайер и Джемма сонно улыбнулись друг другу и стали потягивать чай, в то время как Арчер неспешно направился к Нату и Лью, которые крепко спали у кострища.