Художница проклятий

Нелицензированные художники проклятий могли избежать внимания к себе только в других графствах, в общем-то, именно поэтому Брайер и перебралась в эти края. Она хотела начать все с чистого лица и спрятаться.

Брайер снова выглянула в окно. Темнота быстро сгущалась. Огромная собака выскочила из сумерек и принюхалась к поленнице возле дома. Собака была почти такая же огромная, как волк. У нее были мощные плечи и глубокие складки на приплюснутой морде. Хозяина собаки нигде видно не было, и она в скором времени убежала прочь.

Брайер опустила занавески и пошла вешать чайник над медленно тлеющими в камине углями. Чашка чая поможет ей успокоить нервы, и Брайер сможет решить, какие шаги ей следует предпринимать дальше. Господин Уинтон наверняка передаст шерифу Флинну список всех своих недоброжелателей. Художнице придется с утра пойти к кузнецу и предупредить его об этом. Сегодня вечером она не могла рисковать и идти в деревню.

Разжигая огонь, Брайер представляла себе переполох, который, должно быть, к этому моменту поднялся на месте происшествия.

Ей нужно было рисовать проклятие поменьше, чтобы даже в случае ошибки урона было бы меньше. Брайер чувствовала магию в кончиках пальцев и горячую необходимость в созидании, поэтому сильно увлеклась. Она испытывала практически непреодолимую потребность в разрушении, и это беспокоило ее даже больше, чем вероятность быть пойманной. Девушка сбежала от своей прежней жизни, но часть ее все равно осталась с ней.

Чайник засвистел, и Брайер сняла его с огня.

До того, как девушка успела налить себе чай, во входную дверь постучали.

Арчер постукивал ботинком по каменной ступени крыльца дома художницы проклятий. Дом не был похож на место, где создавались какие-нибудь нелегальные проклятия. Эту лачугу вообще с натяжкой можно было назвать домом. По обе стороны двери располагались похожие на глаза окна с зелеными занавесками. Соломенная крыша немного нависала над дверью, словно прядь волос, падающая на лоб приземистого тролля.

Ухоженный садик рядом с аккуратной поленницей говорили о том, что обитательница домика старалась содержать свою обитель в чистоте, но при этом явно не располагала деньгами. Она наверняка не сможет отказаться от предложения Арчера. Он намеревался сделать художницу проклятий богаче, чем она могла бы мечтать… Конечно, при условии, что она откроет ему дверь.

Арчер прислонил свой лук к стене и снова постучал.