Тайна брачного соглашения

Он сунул руку в карман и пощупал конверт из плотной бумаги, который совсем недавно доставил посыльный. Надо отдать должное упорству Джейн: если уж она ставила перед собой цель, то добивалась ее всеми средствами. Теперь ее целью оказался он, Джаспер. И следует признаться: после того как ее упругая грудь несколько минут прижималась к его груди – ощущение более опьяняющее, чем самый крепкий бренди, – то развитие событий, о котором предупреждала Джейн в письме, уже начало казаться Джасперу не лишенным привлекательности.

– Что за глупость! Молодой леди, воспитанной так, как она, и в голову не придет появиться в твоей спальне. – Отец покачал головой. – Еще скажи, что она играет в карты или в кости. Ненавижу азартные игры! Люди не платят мне долги, потому что просаживают деньги за игорными столами, в то время как их дети голодают, а дела приходят в полный упадок. Да что там говорить, третьего дня сюда приходил сын хозяина сырной лавки и выпрашивал у меня денег, потому что он тратит все, что попадает к нему в руки.

Джаспер слышал подобные выступления далеко не в первый раз. Сколько он себя помнил, отец без конца твердил о том, что азартные игры – зло. Следовало бы поверить ему на слово.

– Мне кажется, это небольшое происшествие вполне в духе Джейн, – сказала мать и продернула сквозь ткань длинную цветную нить. – Она всегда была несколько… бесшабашной. – Было заметно, что поступок Джейн, очередное свидетельство ее необузданной, странной натуры, скорее забавляет ее, нежели вызывает отвращение.

– Или как она отправилась с нами на аукцион, чтобы купить побольше табака, рассчитав, что сможет продать его куда дороже возле доков, – подхватил Джаспер.

– И она заработала неплохие деньги на этом предприятии, не так ли?

– И я тоже. Проиграл только Милтон, потому что не послушал ее и упрямо отказался приобрести хоть фунт.

– Вот тебе красноречивый портрет твоего брата, – заметила мать.

Она обожала своих детей, но ее любовь не была слепой – даже любовь к Джасперу. Она видела их ошибки, их недостатки. Знай она о своем старшем сыне чуть больше, она бы вышвырнула его из дома. Ее миролюбивость и терпимость тоже имела пределы. А если бы отец проведал, откуда взялось состояние Джаспера, он бы навсегда вычеркнул его имя из семейной Библии и забыл о нем.