Кружево Парижа

Но даже эти туфли были самыми шикарными из тех, что я когда-либо имела: блестящие, кожаные бежевые с коричневым, с маленькими кожаными шнурками. Я была от них в восторге.

В тот вечер после обеда, когда я варила кофе, профессор вошел в кухню.

– Я купил вам кое-что еще, – вдруг застеснявшись, сообщил он.

– Ой, но туфель уже более чем достаточно, – заметила я.

– Нет, это нечто другое. В магазине я заметил, с каким удивлением на нас смотрели люди. Потому что на вас не было вот этого.

Он протянул небольшую коробочку, завернутую в белую папиросную бумагу.

Я взяла ее. Там было что-то твердое и легкое.

– Откройте, – настойчиво попросил он.

Под папиросной бумагой скрывалась маленькая красная коробочка, а в ней – простенькое золотое колечко. Я смущенно посмотрела ему в лицо.

– Наденьте, – велел он, рассеянно массируя шею. – Люди заметят, начнут спрашивать. Многие женщины потеряли мужей на войне. Говорите всем, что вы вдова. Это мой кофе? – Он шагнул вперед. – Я сам отнесу.

* * *

Когда я вышла в город с кольцом на пальце и в новых удобных туфлях, то впервые в жизни почувствовала себя красивой и элегантной.

Теперь ко мне вежливо обращались местные дамы, рыночные торговцы предлагали скидки. Профессор получал немного, несмотря на его звание, у него была временная должность, состряпанная из любезности коллегами, и приходилось экономить деньги, которые он давал мне на продукты, но перед улыбкой и тирольским акцентом никто не мог устоять: продавцы снижали цены.

Однажды на улице меня остановила молодая женщина, ненамного старше меня, толкавшая коляску с пухлым младенцем.

Меховая короткая шубка распахнулась, показав плохо сидящее шерстяное платье, слишком сильно обтягивающее полную грудь.

– Gn?dige Frau[10 - Любезная госпожа (нем.).], извините за вопрос, но где вы взяли это платье?

Я вздрогнула от ее вопроса и оглядела платье. Сколько времени я на него потратила, меняя фасон, перекроила его, сместив вихревой зеленый и черный рисунок, но внизу оставила изначальную модную черную плиссированную оборку.

– У фрау Остер, – ответила я. – Она была так добра ко мне.

– Я так и думала. Я от него отказалась, потому что выглядела как капуста. Но на вас – совсем другое дело, смотрится просто изумительно. Сами перешили?

И, не дожидаясь ответа, открыла сумочку.

– Послушайте, я живу здесь.

Она положила визитку в мою корзинку среди овощей и завернутой в газету форели.

– Приходите. У меня столько платьев, которые нужно перешить.