Требуется няня

Когда его двери открываются, я осторожно выглядываю наружу. В коридоре стоит тишина. Вокруг никого нет, поэтому я даю себе время не торопясь рассмотреть великолепные шелковые обои цвета слоновой кости и старинные оловянные бра, освещающие дорогу к единственной во всем коридоре двери, которая расположена в самом его конце. На двери висит большая табличка из желтого металла с выбитым на ней номером – 12А.

Я стучу в дверь.

Мне открывает женщина, и я ощущаю прилив разочарования, поскольку она выглядит совершенно обычно.

Во всяком случае, она не в униформе горничной и не держит в руке метелку из страусиных перьев. Нигде не видно и дворецкого в белом галстуке и обязательно в белых перчатках.

Метелка из страусиных перьев? Я мысленно спрашиваю саму себя: Ты это серьезно? Что со мной?

Вместо униформы горничной женщина одета в голубую, цвета яиц малиновки, водолазку и серые брюки. Ее черные волосы просто заправлены за уши. Я замечаю, что в них кое-где, особенно ближе к макушке, серебрится седина.

Женщина довольно полная. Под водолазкой, не заправленной в брюки, явственно обозначился животик. При виде морщинок в уголках глаз я решаю, что женщине за пятьдесят.

Она встречает меня теплой улыбкой:

– Вы пришли на собеседование?

– Да, мэм, – киваю я.

Мэм – так говорят люди, воспитывавшиеся и выросшие в небольших южных городках.

– Ваше имя?

– Сара Ларсен.

– Я Паулина, – представляется женщина. – Пойдемте со мной.

Покинув холл, мы идем по коридору, пол которого устлан персидскими коврами.

– Я служу домработницей у Бэрдов уже больше двадцати лет, – говорит моя новая знакомая, явно гордится своим впечатляющим послужным списком.

Что ж, наверное, у нее есть для этого основания. Я же не представляю, как можно работать так долго в одном и том же месте. Нередко я думаю о том, сколько еще времени проработаю в ресторане «Очаг».

– Рада с вами познакомиться, – говорю я.

Паулина приводит меня в комнату, которую она называет гостиной, и просит присесть и немного подождать.

Я осматриваюсь, надеясь увидеть фотографии или какие-то личные вещи, которые позволят мне составить хоть какое-то представление о членах семьи Бэрд – но не вижу ничего, что могло бы мне в этом помочь. Интерьер комнаты весьма элегантен – обои в полоску с золотым тиснением на розовато-лиловом фоне, кресла с овальными спинками. При этом никаких деталей, позволяющих судить о личности живущих в пентхаусе людей.