Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

– Неудивительно, что девушка не стала его искать: слишком велико было потрясение, – заметила мисс Паттердейл. – Кто же такого ждет? Полагаю, теперь шарить в кустах бессмысленно?

Чарлз не удержался от смеха:

– Совершенно бессмысленно, лучшая из моих тетушек! Не знаю, сколько времени ушло у Мэвис на осознание того, что Уорренби мертв, почувствовать себя дурно и броситься к вам, однако убийце хватило этого времени, чтобы удрать.

Она продолжила полировку монокля, будто посвящая все внимание именно этому занятию.

– Мне это не нравится. Не собираюсь говорить, кто это совершил, но не удивлюсь, если это повлечет много неприятностей.

– Как же я вас люблю, тетя Мириам! – воскликнул Чарлз, обнимая ее. – Вы та еще плутовка! Не волнуйтесь, мы с Абби – ваше алиби, а вы – наше.

– Не болтай ерунду! – одернула она Чарлза, сбрасывая его руку. – Ты знаешь, о чем я. – Взглянув еще раз на труп, мисс Паттердейл сурово добавила: – Буду рада, когда нас кто-нибудь сменит.

Тем не менее в ответ на предложение Чарлза отпустить ее домой мисс Паттердейл презрительно усмехнулась и возобновила внимательное изучение цветочных клумб. К их счастью, томительное ожидание не слишком затянулось: избавление приняло внушительное обличье констебля Хобкирка, полного мужчины средних лет, проживавшего на Хай-стрит и посвящавшего максимум времени, свободного от не слишком обременительной службы по охране порядка, выращиванию помидоров, кабачков и разнообразных цветов, с завидной регулярностью завоевывавших первые призы на местных выставках.

Он прикатил на велосипеде и явился на место преступления весь взмокший, поскольку крутил педали с невероятной для человека его габаритов резвостью, и сильно запыхавшийся. Грузно свалившись со своего двухколесного транспортного средства, констебель прислонил его к живой изгороди и, прежде чем войти в сад, снял фуражку и вытер большим носовым платком лицо и шею.

– Боже правый! – воскликнул Чарлз, мучимый угрызениями совести. – Я совсем забыл про Хобкирка! – Надо было звонить ему, а не в Беллингэм. Вам не кажется, что он немного раздражен? Приветствую вас, Хобкирк! Рад вас видеть. То есть… Неважная история!

– Добрый вечер, сэр, добрый вечер, мисс, – отчеканил Хобкирк официальным тоном.