Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

Забавно!

– Я не могу флиртовать с миссис Хасуэлл, годящейся мне в матери. С Мэвис – тоже: она сверкает глазами, зная, что даже самые ужасные речи я веду не всерьез. Кроме того, ее дядя усмотрел бы в этом поощрение ему самому. Не хватало, чтобы он повадился в мой дом! Я поклялся, что порога ему не переступить. Брат говорил то же самое мне, но он шутил. Наше с ним сходство было поверхностным.

– Ваш порог будет не единственным! – оживился майор. – Верно, Драйбек?

– Ошибаетесь, майор. Уорренби способен проникнуть в дом мистера Драйбека хитростью.

Он разыграет припадок у его дверей или попросится к нему, чтобы прийти в себя после внезапного приступа головокружения, и вежливость помешает мистеру Драйбеку отказать ему. Вы, рожденные в прошлом веке, больше всего страдаете от своей воспитанности.

– Полагаю, – промолвил Драйбек ледяным тоном, – я не откажу в крове любому, кому понадобится помощь указанного вами характера.

– Когда это произойдет, вас не окажется дома, потому что страх показаться нам бездушным пересиливает у вас нежелание оказать малейшее содействие Уорренби?

– Перестаньте, Пленмеллер, это почти оскорбление! – воскликнул майор, испугавшись, что Драйбек обидится.

– Правда глаза колет? Не намекаете же вы, что вместе с мистером Драйбеком слишком долго жили в девятнадцатом веке и воображаете, что правда – это нечто неприличное и ее надо замалчивать? Вот что, на мой взгляд, оскорбительно!

Смущенный майор не нашелся с ответом. Драйбек усмехнулся и произнес:

– Вы уж меня простите, Пленмеллер, но правда в данном случае заключается в том, что присутствие среди нас Уорренби – пусть оно и не придает Торндену привлекательности – занимает меня меньше, чем вас.

Жаль, что приходится отвлекаться на вырисованную вами трагическую картину, но честность вынуждает меня сознаться в полном безразличии к данной ситуации.

Майор опасливо покосился на Гэвина, подозревая, что тому хватит ума понять, что ненависть Драйбека к соседу и сопернику по профессии стремительно разрастается.

Но Гэвин лишь заметил:

– Достойная уважения позиция! Я бы ее разделял, если бы она была мне по силам. Увы, для этого надо быть викторианцем.

– Все, довольно про викторианцев! – воскликнул майор. – А то в следующий раз вы причислите к ним и меня!

– Ну, нет, вы на это никогда не претендовали.

– А я, между прочим, не стыжусь принадлежности к этой категории, – заявил Драйбек.

– Еще не хватало! Сквайр тоже не стыдится.